Ресторатор

Была и приятная версия: он мог пойти на этот шаг из добрых побуждений, чтобы сохранить хорошие отношения и бережно отнестись к моим чувствам. Если это действительно так, то я бы не хотела, чтобы он все «забывал»…

– Присмотрись к нему повнимательнее, – посоветовала Люси. – Если он притворяется, то где-то да проколется.

В следующие дни я начала внимательнее наблюдать за Яном. Ловила каждый его взгляд, каждый жест, каждую интонацию. Но Ян вел себя безукоризненно – с куда большим теплом и заботой, чем было до этого, но без его фирменных фривольных шуточек.

Никаких двусмысленных намеков, никаких похотливых взглядов. Как будто Яна Сташевского засунули в канистру с антисептиком и хорошенько простерилизовали.

Однажды, после встречи с командой маркетологов, которая изрядно затянулась, Ян принес мне кофе, сваренный собственными руками – именно такой, какой я любила, с корицей, сахаром и молоком.

– Откуда ты знаешь, какой я люблю кофе? – удивилась я.

– Я наблюдательный, – просто ответил он, скользнув по мне быстрым взглядом.

В другой раз он набросил на мои плечи свою кожаную куртку, когда мы выходили из ресторана вечером и начал накрапывать дождь, хотя я не говорила, что мне холодно. Это было так мило… И даже интимно. Но ни словом, ни взглядом он не выдал, что помнит о нашей ночи.

И чем больше проходило времени, тем сильнее я сомневалась в правильности своего решения. Может, не так уж было разумно поставить точку в наших отношениях, даже не дав им шанса начаться?

Пока я присматривалась к своему боссу, подошел срок проведения ежегодных медосмотров.

Конечно, не у всех ребят санитарные книжки начаты в одно и то же время, но какой-то костяк в коллективе выполнял этот процесс организованно.

Мы прошли всех врачей, сдали необходимые анализы. Оставалось только поставить печати санминимума. Обычно у нас была договоренность: если человек проработал не один год, повторную лекцию по профессиональной гигиенической подготовке на восемь академических часов слушали в ускоренном формате всего за час, и всем просто ставили печати.

Сотрудникам ресторана, которые впервые переживали подобный опыт, приходилось слушать полный курс лекций и проходить обязательное тестирование.

Этот опыт надолго оставался в их памяти. Как будто медики красочной лекцией про червей, глистов и прочих паразитов, выжигали рабское клеймо на каждом сотруднике кухни, чтобы те не забывали про обработку продуктов.