Ресторатор

– По рукам, – сказала я, останавливаясь и протягивая ему свободную ладонь.

Ян пожал мне руку, с удивлением наблюдая за моей реакцией.

– Что-то еще? – спросила я, раз уж у нас случился вечер откровений.

– Что-то еще, – передразнил меня Ян.

Он притянул меня к себе одним резким движением и мягко поцеловал в губы. Я застонала от неожиданности и удовольствия, мгновенно отвечая на поцелуй и прижимаясь к его сильному телу.

– Хотел сделать это каждый раз, когда видел, как ты бесишься, – ухмыльнулся Ян, вспоминая наши первые встречи.

После театра мы никуда не спешили. Оба понимали, что у нас впереди целая ночь, чтобы растворяться друг в друге. Ян ушел в душ, ну а я неспешно стянула с себя бархатное платье с замысловатым узором из страз, накинула белый махровый халат и завалилась с телефоном в мягкое кресло.

За вечер в мессенджерах набралось пару десятков непрочитанных сообщений. Коллеги из рабочего чата ждали ответов на текущие вопросы. В нашем семейном чате родители спрашивали, как у меня дела, а потом завалили ленту бородатыми мемами и смешными видео с котиками.

Подружки из «su-чата» решали, стоит ли Оле подстричь каре и спрашивали, когда я вернусь. Словом, все требовали внимания. Однако дать его я никому не успела.

В дверь постучали. И весьма требовательно для столь позднего часа. Кажется, табличка «Не беспокоить» может остановить только благоразумных людей.

Недоумевая кому нужно ломиться в наш номер в такое время, я все же подошла к двери. Открывая, я была готова заорать, чтобы Ян прибежал меня спасать, если вдруг кто-то решит наброситься, но на пороге стоял Данил.

Поникшие плечи, помятый вид, синяки под глазами. После работы под началом другого шеф-повара он выглядел не лучшим образом. Или дело не в этом?

– Данил, ты видел сколько времени?! – возмутилась я. – И вообще, как ты узнал, в каком я номере?

Данил посмотрел на меня умоляющим взглядом. Казалось, он вот-вот упадет на колени.

– Уля, прошу, выслушай меня.

– Завтра выслушаю, а сейчас иди спать, – я попыталась закрыть дверь, но он подставил ногу.

– Нет, Ульяна, постой. Я не могу так больше. Ты победила. Без тебя все не то. Я люблю тебя, понимаешь? Давай уволимся вместе, уедем куда-нибудь. Начнем все с начала. Без этого надутого индюка, который думает, что может купить все и всех. Он просто использует тебя, чтобы приручить коллектив. А когда все привыкнут к нему, выбросит за ненадобностью.

Я смотрела на Данила, испытывая то ли жалость, то ли отвращение.