Ретроград-3

Он сослался на состояние своего здоровья, написал, что ему срочно требуется обследование, не отказался принять участие в мирной конференции, при условии того, что ее перенесут на сентябрь-октябрь 1945 года. К тому времени он будет в состоянии перенести дальнюю дорогу и напряженный график ее работы.

– Сроки и место проведения конференции определены графиком и совместными решениями руководства стран-победительниц. Повода для переноса конференции нет, и ваш ответ будет восприниматься руководством СССР как отказ от участия.

Конференция начнется в 10.00 24 января 1945 года. С участием вашей страны или без, господин посол. Можете это передать господину Рузвельту, – в моем присутствии произнес товарищ Молотов.

После того, как посол вышел, мы позвонили в Кремль. Сталин выслушал Молотова, который затем пальцем показал мне на вторую трубку. Я поднял ее:

– Передайте «Звягину»: План «7».

– Принял, товарищ Ива́нов.

«Семь» означал седьмую планету Солнечной системы: Уран, в честь которого и была названа операция, она начнется в 19.

00 Москвы, с тем, чтобы в 22.00 восточного времени два летающих крыла Ho-IX и Ho-XI приступили к операции.

– В 19.00 – совещание в Ставке. Быть обоим.

С этого момента можно забыть о мирных привычках, вновь функционирует Ставка Верховного Главнокомандующего, и мы сами себе уже не принадлежим. Небольшой перерыв – закончился. «Отдыхали» всего 2 года и 11 месяцев. В 18.55 мне привычно показали рукой на вход в кабинет Сталина.

В Кремле необычно безлюдно для этого времени, все встречи отменены. Состав Ставки практически не изменился: два маршала: Буденный и Шапошников, два генерала армии: Жуков и Василевский, адмирал флота Кузнецов, Молотов и я. Кроме нас присутствуют Маленков, Филин и генерал-лейтенант Вершинин, командующий особой воздушной армией, в которую входили все дивизии, оснащенные баллистическими ракетами. Почему-то нет командующего АДД генерал-полковника Голованова. Сталин посмотрел на часы:

– Приступим, товарищи. Мы собрались здесь, в этом составе, в связи с отказом президента США прибыть 24 января в Москву на конференцию по разоружению и послевоенному мироустройству, назначенную главами стран-победительниц во Второй мировой войне. Он мотивировал это предстоящим ему медицинским обследованием и попросил перенести сроки ее проведения на сентябрь-октябрь месяц.