Рецепт красивой смерти

Тот некоторое время глядел в пустоту, словно не понимая, о чем его спрашивают, но потом, качнувшись, утвердительно кивнул и сдавленно произнес:

– В таком случае, – заговорил Станислав, – вам надо будет по своему телефону передать главарю исламистов из «Света веры» определенную информацию. Его номер, надеюсь, сохранился?

– Да, сохранился… А какую информацию? Надо понимать, дезинформацию? – все так же сдавленно спросил Лихарев, изобразив некое подобие улыбки. – Если это мне и в самом деле зачтется, то я согласен. А что я должен ему сказать?

– Я сейчас объясню… – деловито произнес Лев, мысленно отметив, что согласие Лихарева сотрудничать – это, конечно, здорово, но не таким же заунывным, похоронным тоном!

Он вкратце объяснил тему предстоящего вброса информации, а также то, как себя держать и что говорить.

Выслушав его, бывший помминистра закивал в ответ: все понял. Когда конвойный его увел, Стас с сомнением пожал плечами:

– Слушай, Лева, а ты уверен, что из этого хоть что-то получится? Если он будет столь же горемычно стонать в телефон, исламисты сразу же заподозрят что-то неладное.

Может, его кем-то заменить? Например, попросить пообщаться вместо него каких-нибудь пранкеров, типа Вована и Лексуса? А?

– А что, если у того исламиста абсолютный музыкальный слух? А что, если он надумает для проверки спросить пранкера о том, что могут знать только они с Лихаревым? Тогда можем погореть в момент. А горестный тон… Да и хрен с ним! Лихарев же звонит этому главарьку не из каких-то высоких побуждений, а чтобы срубить бабла, потому что у него очень хреновая жизненная ситуация.

Так что этот вариант – с нытьем Лихарева, хоть и не слишком гладко смотрится, зато вполне объясним.

– Да-а-а… – протянул Стас. – С такой железобетонной логикой не поспоришь. Ну, что, приглашаем Бунцагина?

В отличие от своего родственника, экс-директор НИИ выглядел хоть и не сияющим, но и не горем убитым. Сев на стул для задержанных, он выжидающе воззрился на оперов. По его лицу было видно, что он в СИЗО вполне освоился и теперь чувствует себя здесь достаточно уверенно.

На предложение Гурова сыграть роль главаря группировки, занимающейся нелегальным оборотом синтетических алмазов, он немедленно ответил согласием.

– Да я и с чертом соглашусь плясать польку-бабочку, лишь бы сбавили срок.

Разъяснив ему то, что, по мнению оперов, ему предстояло выполнять, его отправили снова в камеру и засобирались домой.

– Слушай, Лева… – шагая по коридору к КПП, изобразил мефистофельскую улыбочку Стас.