Рецепт красивой смерти

И знаете, что самое любопытное? Все события, о которых он рассказывает, все фамилии, которые называет, завязаны на вас.

– Я вспомнил, кто ты, – вдруг произнес Зверев. – Ты – журналист. Пишешь статейки для грязной интернет-газеты. А я-то думаю, откуда мне твое лицо знакомо?

– Ладно, раскроем карты, – легко согласился Влад. – Я – журналист, вы – депутат-убийца, а ваш палач – один из самых известных оперов столицы. Вы наверняка о нем слышали, и репутация его вам должна быть известна. Полковник Гуров. Вижу узнавание на вашем лице.

Вот ради чего я здесь. Хотел первым принести радостную весть и полюбоваться выражением ужаса на вашем гнусном лице.

– Так это от него вы услышали все эти бредни? – криво усмехнулся Зверев, настороженно ожидая, что ответит журналист. Разобраться с ним было легко, но вот если в деле замешан полковник уголовного розыска, это задачка посложнее, и лучше быть готовым к ее решению заранее.

– Никакие это не бредни, а чистая правда. У Гурова полный сейф доказухи, – выдал Влад. – Не надейтесь воспользоваться старым трюком и взорвать Петровку.

Полковник не дурак, чтобы повторять чужие ошибки, он хранит улики в надежном месте.

– Он вам настолько доверяет, что даже про место, где улики хранит, рассказал? – Зверев сделал вид, что искренне удивлен.

– Разумеется, нет. Но на то я и журналист, чтобы узнавать то, что другие хотят скрыть.

– Значит, это всего лишь слова. Никаких улик у полковника нет и быть не может, – начал Зверев, но Влад его перебил:

– На это не надейтесь, я их видел, щупал и даже нюхал.

Разрешения полковника мне для этого не потребовалось, не только у вас есть надежные люди, которые могут сделать дубликат ключей. Думаете, я такой простак, что поверил полковнику на слово? Нет, мой гнусный друг, я все проверил лично.

– Чего вы хотите? – после долгой паузы спросил Зверев.

– Эксклюзивное интервью, – выпалил Влад. – Вас все равно посадят, и журналисты повалят к вам толпами. Они будут досаждать вам, вашим друзьям и вашим близким. Но всего этого вы сможете избежать, если подпишете соглашение о передаче мне эксклюзивного права на освещение вашего процесса в прессе.

От суда и от срока вас это не спасет, но даст относительную неприкосновенность. Ни один журналист не посмеет сунуться к вам, после того как мы подпишем соглашение.

– Думаете, я на это пойду? Вот так, без доказательств? – Зверев через силу улыбнулся. – Да вы еще более наивный, чем выглядите.

– Доказательства будут, – решительно кивнул Влад.