Поднимаю платье, надеваю его на Веру и спокойно сажусь за стол.
– Я не хочу есть, – говорит Вера и, немного пoшатываясь, садится напротив меня.
– придется. Не люблю ужинать в одиночестве. Ты сама меня приучила вот к этим ритуальным ужинам. Так что будь добра, бери вилку и ешь. И заодно расскажи мне, что ты задумала? И прежде, чем ответить, знай – я ненавижу ложь и фальшь.
– С чего ты взял, что я что-то задумала? Я сижу здесь целыми дня одна в четырех стенах с телевизором. Хоть бы книг мне купил, чтобы я не сошла с ума от скуки, - непринужденно произносит она, отпивая немного воды.
"
"Врет – по глазам вижу, что лжет, по тону слышу – это не она говорит, это защитная реакция,тактика нападения. Ничего ей не отвечаю, ем свой ужин и внимательно наблюдаю за девушкой. Она меняется на глазах, опять начиная со мной играть, как когда-то в клубе или в ресторане, в который я ее приглашал. Водит пальчиком по кромке бокала, облизывает губы, но в глаза не смотрит. Ни грамма искренности. Нет в ней сейчас настоящей Веры.
Потому что она не роковая соблазнительница, она маленькая сломана девочка, которая вместе с местью пытается уничтожить и себя.
В этот вечер я принял ее игру, внимательно следя за девушкой, пытаясь ее прочитать. Ночью, когда она уснула, установил камеры в спальне и гостиной, синхронизируя их с моим телефоном, выводя изображения на свой экран.
Утром я проснулся раньше Веры, долго лежал в кровати, рассматривая девушку. Красивая, естественная, спит с немного прикрытыми губами редко спокойным сном,и я тяну к ней руку, поглаживая лицо тыльной стороной ладони.
Как же мне уберечь тебя, моя кукла? Как сделать так, чтобы ты полностью доверилась мне, а не играла? И ведь не могу ее насильнo заставить сидеть тихо, приковав к этой кровати. Нельзя с ней так, для нее это почти смертельное наказание. Встаю с кровати и довольно улыбаюсь, когда вижу на ее бедре маленькие синяки от моих пальцев, прикрываю ее одeялом и иду в душ. Не хочу ее будить, когда она впервые за эту неделю так сладко спит.
***
И снова тишина, полный штиль, как перед надвигающейся бурей. Рутинные дела, бумаги, кофе и непогода за окном. ведь завтра у сына Захарова девять дней со для смерти,и он требовал найти убийцу именно к этому дню. Я, конечно, послал ему сфабрикованные факты на Павла, но реакции не последовало. И все это мне очень не нравится. Нельзя просто так сидеть и ждать удара, нужно действовать на опережение.
