Реверанс со скальпелем в руке (СИ)

Сейчас я буду убивать вас информацией, - после второй бессонной ночи уставилась я на доктора больными глазами, - это настолько важно, что стоит наших с вами жизней. Соберитесь, миленький, - не выдержав, опять расплакалась я, - мне нужно поделиться с вами, иначе это просто разорвет меня!

- Пошли, - потащил он меня за руку в дальний угол лазарета.

Было страшно до такой степени! Хуже всего, что я не знала точной даты смерти короля, а только что это случится от оспы. Может – месяцы, а может годы. Пришлось… и я рассказала все о себе – как когда-то Раулю.

Вспоминала еще и тот наш первый вечер, и плакала… плакала… Но когда-то же они закончатся? Слёзы эти!

Дешам слушал молча, не уточняя и не перебивая. Долго молчал, как и мой муж тогда, потом тяжело поднялся и поторопил меня: - Переодевайтесь, Мари, поговорим дома. Тут только с коньяком…

По умолчанию оставив на будущее дебаты о множественности миров, мы устроили мозговой штурм первостепенной проблемы. Пришли к выводу, что нужно срочно собирать сведения о случаях коровьей оспы во Франш-Конте.

Её вирус не смертелен для человека, но дает надежную защиту от настоящей оспы. Любопытно, что почти в это же время два врача… я не помнила их имен. Но они озвучили такие же выводы английскому медицинскому сообществу. И ожидаемо были осмеяны. И только в конце века…

Моя чертова теория исправно работала!

Но главное – я знала, что содержимое пустулы человека, заразившегося от коровьего вымени, введенное в царапину на коже другого человека и стало первой настоящей вакцинацией.

Собственно слово «vaccina», оно и переводится, как «коровья».

Мы готовились к разговору с де Роганом. Вначале я хотела просить Дешама выдать идею за свою, а то это было бы уже слишком… Но тут выяснилось, что, как и «источник проказы» - картошка, вариоляция в данный момент была запрещена во Франции законом. И я мысленно отработала назад…

- Мсье герцог, миленький! Поверьте мне, это вопрос жизни и смерти! У вас есть дети? Да! Значит, вы должны понимать со всей ответственностью - все четверо сейчас под угрозой! Потому что между дворами Вены и Парижа однозначно есть сообщение – дипломаты, курьеры… да просто бездельники! Ну и Лотарингия… А ваши живут под Парижем – рванет именно там, где еще? – пыталась я дожать.

Перед этим разумно и совершенно безэмоционально то же самое ему изложил Дешам, добавив еще, что оспа уже замечена в Лотарингском Доме. После этих его слов меня и сорвало – понятно, что с пограничным карантином мы уже опоздали.