Реверанс со скальпелем в руке (СИ)

Пахло вкусной едой, зеленью и влагой. Напиться, как планировали, не получилось – нас уговорили взять желтое вино – vin jaune.

- Есть легенда, мсье, мадам… вино это изобрели совершенно случайно. Винодел вдруг отыскал забытую бочку вина, которую сам же до этого и наполнил 6 лет назад. Когда он выбил пробку, то обнаружил, что содержимое чудесным образом превратилось в напиток золотистого цвета. С тех пор бочку впервые вскрывают не раньше этого срока и – voila! Имеем желтое вино.

Хозяин убедил нас, и бутылка драгоценного золотистого вина была выпита под запеченную с травами речную рыбу.

Потом до самой темноты мы долго гуляли вдоль реки, ходили по улочкам Ло и в каждом встречном я искала черты знакомых когда-то людей. Иногда казалось, что да – этот похож на старого кузнеца Готие, а та женщина – на Бригитт, но я понимала, что вижу то, что хочу видеть. И думала о том, как хорошо, что в шале не осталось ни щепочки, ни тряпочки, а одни только стены. В комнате Рауля когда-то стояло драгоценное бюро – ореховое, резное… просто изумительной красоты. А то зеркало и два высоких шандала, подаренные на свадьбу сельской общиной?

Обнаружь я это здесь и сейчас, и опять потянулась бы крепкая ниточка, свитая из воспоминаний – теплых, мягких, дорогих… Ничего же больше не осталось бы от прошлого – только эти вещи. И это вязало бы меня, висело гирей, тянуло в прошлое – такое ощутимое, весомое напоминание, которое где-то есть.

- Тебе понравились его картины, - вспомнил Георгий, - неплохо и недорого, я бы взял.

- Да… я уже сосчитала – в районе десятки. Ни о чем. Поддержим мужика.

Обойти все поселение можно было за полчаса, но гуляли мы до глубокой ночи. Я больше не старалась вызывать воспоминания. В основном мы говорили о последнем разговоре отца с Даней – Нуца уговорила младшего сына попробовать пожить с ней.

- Чего-то такого я и ожидал, - не расстраивался Георгий, - он мягкий, жалостливый, мать очень любит. Остался со мной только из-за Даньки. К нему и вернется. Между родителями трудно разрываться – это факт, вот он и жался к нему.

Пока что это правильно, потом сможет сам… Сам бы, гадство, сто раз пережил за них всё это! И что бы ей не вернуться, как собиралась? – кутал он меня в свою куртку. От воды потянуло ночной свежестью.

- Трудный день... Ты замерзаешь, пошли спать.

Всю ночь я жалась к нему, а проснулась, почти лежа сверху – цеплялась руками и ногами. Но сегодня светило солнце и в его свете все казалось легче и преодолимее.