Среди адептов и преподавателей заметила Хама. Он и Эктавион стояли на краю тропы, чтобы не мешать снующим взад-вперед существам. И о чем-то разговаривали. Я огляделась, помахала рукой Хвенильде и нырнула в тень. О чем могут беседовать высший и преподаватель дипломатии? Надеюсь, Хам теперь не считает соперниками всех эльфов в округе? Тем более в Эктавионе я не видела ухажера.
Подслушать разговор не удалось. Когда мне до собеседников оставалось метра два, эльф откланялся и ушел. Гордая осанка, идеальные волосы, блестевшие на солнце, гордый профиль.
Но что-то высший казался мне куда как привлекательнее.
Кажется, я перегрелась.
Но все равно стояла в тени и разглядывала военную выправку, четкий надменный профиль с чуть выдвинутой вперед челюстью – признак упрямства. И темно-синий костюм, чем-то похожий на мундир.
Пока я стояла и занималась глупостями, Хам не терял времени. Вдруг развернулся и в упор уставился на меня. Зелеными прищуренными глазами. Я застыла, понимая, что в тени он не мог меня увидеть. Но тут же память услужливо подсунула воспоминание, как высший выдернул меня из маскировки во время практических занятий.
Тут и Хам шагнул в мою сторону, сказал негромко:
– Подслушивать нехорошо, леди Дэрин.
Пришлось снимать маскировку."
"– Как ты догадался?
– Ты же моя жена, – пожал плечами Хам.
Отлично, он просто великолепно объясняет.
– И?
Хам на мгновение возвел глаза к безоблачному небу.
– Дэрин, на таком расстоянии я легко чувствую тебя. Твой запах, биение сердца.
– И на какое расстояние мне надо отойти, чтобы перестал чувствовать?
Мой вопрос мило проигнорировали.
– Дэрин, скоро лекция.
– О да, – тоже решила сменить тему, – соскучилась по адептам.
Хам чуть отступил и повел рукой, приглашая присоединиться к его компании. Я же чуть вздернула бровь: что это за эльфийские жесты?
Высшего словно подменили. Не пытался взять меня под руку, приобнять. Шел чуть в стороне. Примерно полшага. Обычно так себя ведут женихи или те, кто собирается ухаживать.
Я уже начала коситься едва ли не с испугом.
Мало ли. Врагов у Хама, скорее всего, много. Точнее – недоброжелателей. Выступать против высшего в открытую – чистой воды самоубийство. Но, может, навели порчу?
– Виланд все же доказал, что не зря занимает пост ректора.
– М-м-м, – протянула я, – а кто-то сомневался? Теперь родители кинутой невесты отстанут?
– Ничего не скрыть от эльфов, – вздохнул Хам. – Они недовольны, но им придется смириться. Сам император отметил великолепную подготовку адептов.
