Ревизор: возвращение в СССР 44

Тот вошел в кабинет к начальнику уверенно, поздоровался с улыбкой, что еще больше разозлило председателя.

— Проходите, Антон Григорьевич, садитесь, — холодно предложил подчиненному Блащицкий.

— Спасибо, Игорь Борисович, — присел Андриянов на стул возле стола председателя и вопросительно посмотрел на него.

— Антон Григорьевич, мне казалось, что в прошлый раз, когда вопрос о вашем недостойном поведении даже на партсобрании пришлось разбирать, мы полностью прояснили ситуацию, — ледяным тоном произнес Блащицкий.

— Я достаточно четко и недвусмысленно дал понять тогда, что не потерплю в своем ведомстве подчиненных, для которых моральные устои — это пустой звук.

— Да, конечно, Игорь Борисович, — кивнул в ответ Андриянов, с лица которого моментально пропала безмятежная улыбка. — Я осознал свои ошибки, поверьте, и подобного никогда больше не допущу.

— Тогда почему мне вдруг рассказывают, что вы уже очередной женщине голову дурите? — свирепея, поинтересовался Блашицкий.

— Кто мог сказать про меня такое? — возмутился Андриянов. — Это наговоры. Да, я встречаюсь сейчас с женщиной. Разведенной, кстати. Но у нас серьезные отношения. У меня и в мыслях не было никогда ее обманывать.

— То есть это правда? — обманчиво тихо поинтересовался Блащицкий. — Значит, действительно вас видели на этой неделе с женщиной? Не обманули меня?

— Да, — кивнул Андриянов. — Но, повторюсь, у нас с ней все серьезно.

— Да кому вы голову дурите⁈ — рявкнул председатель.

— Думаете, нашли наивную женщину из провинции, навешали ей лапши на уши, погуляли везде перед всеми, и теперь все грехи ваши спишутся? А как не нужна станет для прикрытия, так отправите ее обратно? Кому угодно можете эту чушь доказывать, но меня вы этим не обманете. Я знал, что вы гнилой человек и доверия не заслуживаете после той грязной истории, и теперь лишь окончательно убедился в том, что зря тогда вас из партии не выгнали и не уволили с позором. Не место таким в нашем коллективе.

— Но все совсем не так, — попробовал возразить враз побледневший Андриянов.

Он прекрасно понимал возможности человека уровня председателя Торгово-промышленной палаты и осознавал, что ему в Москве точно места не будет, если он сейчас не сможет убедить того в чистоте своих намерений.

— Я очень люблю Оксану, — сказал Антон как можно убедительнее, — у нас все серьезно.