Режим «Любовь»

 – Маленькие, сопливые спиногрызы?! Я не готов к детям – хочу пожить для себя!

– Интересно, а за чей счёт ты «живёшь для себя»? Ты в корпорации несколько лет не был, даже не понимаешь, как там всё устроено, – отец выдохнул, успокаивая себя. – Решено: кто первый из сыновей мне подарит внука, или внучку, в тот же день откажусь от своего кресла генерального директора в его пользу.

– Я тебя услышал, отец, – я был совершенно спокоен на этот счёт, и вообще не видел проблемы.

– Что ты услышал? Ха-ха! – Алекс снова вскочил.

 – Ты даже не спишь со своей женой! Вы живёте в разных комнатах! – а вот и откровение, пока я был в отключке, Алекс успел всё посмотреть.

– Я не обязан перед тобой отчитываться о своей личной жизни. Не твоего ума дело! – теперь злиться начинал я.

– Вообще-то в одной, сегодня, например, – отец осадил Алекса – не помогло.

– Ну да, для вида! А зайди к ним – Роберт, скорее всего, спит на полу, чтобы не прикасаться к жене!

– Знаешь, что: беспокойся о себе и о Маше, о своей семье я побеспокоюсь сам, – отчеканил, глядя ему в глаза.

 – Уже поздно, я хочу поспать. На полу, – передразнил Алекса. – До завтра, отец, еще успеем пообщаться, – вышел, оставив их вдвоём.

В спальне одиноко горел ночник, тускло освещая силуэт Леры на кровати. Улёгся, сгребая её в охапку и притягивая к себе: тёплая, нежная, сладко пахнущая. Моя.

Впервые спал с ней в одной постели, и даже от этого получал удовольствие. Она повернулась во сне, уткнувшись носом мне куда-то в грудь и закидывая на моё бедро свою ножку, от чего сразу стало уютно и спокойно.

Даже не заметил, как провалился в сон.

***

Просыпалась от приятного тепла, разливающегося по телу. Было горячо, нет, жарко, внизу живота приятно тянуло. Сначала не поняла от чего. Распахнув глаза, дошло – за моей спиной лежал Роберт: невесомо водил пальцами по коже, вызывая мурашки по всему телу и разжигая искру желания.

– Я слышу, ты проснулась… – шёпот в области шеи, и приятные прикосновения там же.

Пальцы мужа, ухватившись за ткань, медленно поднимали короткую пижамку вверх, оголяя меня и давая больший простор движениям мужчины. Очертил изгибы моего тела, медленно, будто смакуя, наслаждаясь, распаляя и меня, и себя, и вновь спустил ладонь вниз, скользнув под кромку нижнего белья и нащупав пальцами чувствительное местечко.

– Ох, Роберт… – хотела сказать – не останавливайся, но как назло, все разумные мысли испарились.