По нелепому совпадению, в этот же день, к нам заехал отец, и безо всякого повода, вручил бриллиантовое колье с изумрудами. Я обалдела от невиданной щедрости.
— Сереж, предлагаю продать, и на вырученные деньги купить тебе машину! — как только за папой закрылась дверь, кинулась к мужу с протянутой ладонью, на которой, преломлялся свет в россыпи бриллиантов.
— Нет. Не выдумывай Арин, меня устраивает передвижение на общественном транспорте. И вообще. Тебе очень идут изумруды. — он сжал мою ладонь. — Черт! Арин, я совсем забыл, мне нужно в гараж к Костику, обещал ему помочь кузов у мерса отрихтовать, — сунул ноги в кроссовки, сдернул с вешалки куртку и ушел.
С этого дня, у нас совсем все разладилось. Он уходил рано утром, приходил поздно вечером, закрывался на кухне с ноутбуком. Я не показывала вида, но, превратилась в клубок нервов. Все попытки поговорить, с Сергеем, разбивались о стену.
То, чего я боялась, случилось в начале апреля. Он не появлялся дома до полуночи, я не спала, ждала…
Помню услышала как замке поворачивается ключ, у меня громко стукнуло сердце.
Прыгнула в кресло, нажала на кнопку пульта телевизора, сделала вид, что что-то смотрю.
Дальше кошмар воплотившийся в реальность. Он забирает пульт, отключает звук.
— Арина. Я ухожу.
— Куда?
— Вещи заберу завтра, пока ты будешь занятиях, ключи оставлю консьержке. Послезавтра у тебя всего три пары, встретимся в ЗАГС, подадим на развод. Арин, ну не смотри ты на меня взглядом больной собаки! Пожалуйста!
— Сереж, у тебя…кто-то есть?
— Да.
Прости. — ответ после короткой паузы.
На экране мелькают кадры. У него кто — то есть. Меня нет. Внутри все сгорело. Осталась оболочка. Звенящая пустота. Чей — то голос:
— Как больно, милая. как странно,
Сроднясь в земле, сплетясь ветвями, —
Как больно милая, как странно
Раздваиваться под пилой.
Не зарастет на сердце рана,
Прольется чистыми слезами,
Не зарастет на сердце рана -
Прольется пламенной смолой….
Боже, это же мой голос. Вслух декламирую. Плакать не буду. Оболочки не плачут.
=2=
— Мам, смотри, воробушки купаются в луже! — Ксюха дергает меня за руку, пытается утащить к торцу дома, поближе познакомиться с барахтающимися в лужице птичками.
— Ксюш, прости, на воробьев смотреть не пойдем. Времени впритык.
— На работу опоздаешь?
— Да малыш.
— А ты сегодня пораньше вернешься?
— Постараюсь, но не обещаю."
"— Значит не пораньше. Буду тебя у окна ждать. Мамуль, а ты точно не сможешь полететь с нами на море? Я буду сильно скучать.
