Да, за подарком мы все же заехали. Он подарил мне смешного зайца ручной работы.
– Верочка. Спасибо за прекрасный вечер! – это он сказал, прежде чем я салон его автомобиля покинула.
– И тебе спасибо. За все. Хорошего полета, – это сказала я. На прощание. В горле стоял горький ком.
Хочется плакать. Три года. Ну и ладно! Через три года, я стану совсем взрослой! Увидит меня и, как влюбится! Если конечно увидит.....
1
Несмотря на субботний день, двор старого пятиэтажного дома в районе Сокольников, был плотно заставлен автомобилями.
Олегу Кондрашову, ничего не оставалось делать, как заруливать на своей новенькой хонде, на единственное свободное место – впритык к невысокой стене из красного кирпича, закрывающей контейнеры для сбора мусора.
– Май месяц, мать вашу, погода шикарная! Какого хрена вы торчите в городе, дачный сезон в разгаре! – раздраженно ворчал Олег, – обязательно какой-нибудь урод, потащится с мусором мимо, заденет грязным мешком машину! Прошлый раз, заднюю дверь какой-то дрянью перепачкали! Да еще эти чертовы голуби, на капот нагадили!
Настроение и без того паршивое, испортилось окончательно.
Выбрался из салона, обошел автомобиль, открыл багажник, извлек объемный пакет, поправил торчащий из пакета наружу, колючий хвост ананаса.
Любимый фрукт престарелой тетки. Как никогда актуально порадовать старушенцию, показать, какой он заботливый и внимательный племянник. Задурила тетка в последнее время, намекнула прозрачно, что подумывает переписать завещание, а потерять наследство в виде двух квартир в хороших районах Москвы и дачи в ближайшем Подмосковье, он позволить себе не мог.
Теткина недвижимость – это его свобода. Независимость от сдвинувшейся на маниакальном желании иметь ребенка, жены. И ее ненормального папаши. Сегодня, с самого утра, тесть умудрился мозги вынести. Бредовыми идеями. Придет время и он с огромным удовольствием пошлет и жену и папу ее, в пешее эротическое путешествие.
Олег ухмыльнулся и в этот момент, за его спиной, со стороны жилого дома раздался металлический грохот.
Обернулся на звук. Из соседнего, с тетиным, подъезда вывалились наружу две девушки, совсем молоденькие – лет по двадцать с небольшим, одетые слишком легко для прохладной майской погоды: в коротенькие футболки и джинсы. Направлялись девчонки к злосчастным контейнерам, волокли за собой по асфальту черные полиэтиленовые мешки, чем-то набитые. Громко переговаривались на ходу.
