Резус-фактор

Метрах в десяти, а может и больше, из-за забора прозвучало настороженное «тяв». Тут же со стороны лесопилки, приглушённый туманом, щёлкнул передёрнутый затвор пулемёта. Звук заглушился туманом, но Ёлка не могла спутать этот специфический лязг ни с чем другим, а значит, на территории расположились наёмники. Ведь только они предпочитали в этих краях столь массивное оружие.

– Чёрт, – тихо, но эмоционально выругалась девушка.

– Что случилось? – осторожно спросила Милена.

– Идти сможешь? А то здесь сейчас будет жарко.

 – Ёлка выпрямилась во весь рост, стараясь увидеть, что происходит около строений. Только в поредевшей пелене тумана рассмотреть в подробностях что-либо было сложно. Она различила лишь силуэты, суетившиеся возле здания, да тёмные пятна меж воротных столбов.

– Ещё идти? Нет, уже не могу. – Милка, критически оглядев себя, одетую всё в тот же свой розовый спортивный костюм, присела на кусок бревна и покачала головой.

– Не можешь идти? А придётся бежать. Все разговоры потом. – Ёлка увидела стаю собак, которые в предвкушении пиршества не спеша заполняли площадь перед центральным зданием.

В голову девушки снова проникли чужие чувства: страх наёмников и голод стаи. Эти ощущения мешали вспоминать карту местности. Положившись в очередной раз на новый дар, она забросила руку Милены себе на плечи и потащила слабую девчонку в обход, в спасительную темноту леса. Попутчица особо не сопротивлялась и двигалась молча. Ведь за их спинами звучал призывный вой собак, смешанный с басовитым стрёкотом коротких пулемётных очередей.

– Куда ты меня ведёшь? Я имею право знать! – Милене после укола стимулятора явно становилось всё лучше. Уже почти час она резво бежала за девушкой, которая не отвечала на её вопросы и призывы, чтобы не сбить дыхание и не попасть из-за спешки в какую-нибудь коварную ловушку. Ёлка вдоль и поперёк изучила карту аномальных полей, которую показал ей знакомый, но Зона не статична – всегда есть шанс наткнуться на что-то новенькое.

Непрекращающийся всю последнюю четверть часа град несвоевременных вопросов уже начинал раздражать, и Ёлка пожалела о том, что предложила своей спутнице говорить на ходу.

Тратить время на объяснение того, что скоро, возможно, будет привал в безопасном месте, не хотелось совершенно. Курсантская выучка напоминала о себе: есть приказ, его нужно выполнить, все вопросы – после. «Почему гражданским надо всё разжёвывать до последней мелочи?» – раздражённо думала она.