Резус-фактор

Ходьба след в след давалась тяжело, не все оказались в состоянии поддерживать заданный Сизым ритм движения, а сам главарь, шагавший за Копчёным, часто оборачивался, приглушённым шёпотом требуя не отставать.

Кричать, да и вообще шуметь в этом лесу не хотелось категорически, особенно после последнего привала. Тут совсем не чувствовалось обычных для соснового бора ароматов хвои и смолы. Напротив, здесь всё казалось мёртвым, в воздухе ощущался еле заметный, на самой границе восприятия, явный запах тлена и разложения. Нехорошо пахло в этом лесу, и сосны выглядели непривычно мрачными.

Их стройные темно-рыжие стволы, почти лишённые хвои, голыми столбами взметались из земли, словно ожившие мертвецы или покосившиеся кресты на кладбище. Туманная изморось окутывала все предметы, делая контуры призрачными, неясными, вселяя в души идущих мимо людей страх и неуверенность. В группе повисло робкое молчание, не было слышно обычных для бандитов шуток-прибауток, на серьёзных и напряжённых лицах ясно читалось нежелание продолжать путь, но сдерживала от бунта боязнь перечить лидеру.

Марш группы среди безмолвных деревьев-часовых, задрапированных саванами из клочьев тумана и мороси, начинал походить на похоронную процессию. Окружающую тишину прерывал лишь скрип деревьев, пошатывающихся на слабом ветру. Да ещё изредка раздавались хлопки аномалий, срабатывающих при попадании в них камешков или шишек, бросаемых Копчёным.

Солнце едва проглядывало сквозь туман и кроны деревьев. В этих вечных сумерках определить время суток было очень сложно.

Уставшие путники двигались всё медленней, поглядывая вокруг в поисках подходящего для отдыха места.

Поднявшись на небольшой холм, Копчёный поднял руку в предостерегающем жесте и присел, выставив ствол АПС перед собой. Стараясь не шуметь, к нему подтянулись остальные, тут же от усталости грузно оседая на землю. Лунь, оказавшийся позади всех, привстал, чтобы разглядеть, что творится впереди, но обернувшийся в этот момент Потап наградил его гневным взглядом. Лунь тут же присел и, скрывая страх, стал безо всякой нужды поправлять висящий на плече ремень новенького пистолета-пулемёта МП-7.

Примерно в сотне метров от группы Сизого, расположившись вокруг чёрного овала кострища у подножья холма, сидели трое сталкеров, судя по виду – одиночки. Обтрёпанные, промокшие серые куртки с капюшонами, высокие чёрные ботинки и выцветшие армейские вещмешки выдавали в незнакомцах не слишком удачливых бродяг, топтавших опасные участки Зоны в поисках хабара.