А синяки только напомнят о том, как не надо со мной себя вести. Ты уже усвоила урок, верно? Или хочешь, чтобы я устроил твоему ухажеру достойные неприятности? Как я слышал, ему уже достаточно от кого-то перепало... Добавить еще? Или просто убить его, чтобы ты окончательно понял, кому принадлежишь на самом деле?
- Нет, - я отшатнулась, не сумев сдержать себя в руках. Несколько судорожных, слишком быстрых шагов, и наткнулась спиной на дверь, прижимаясь к ней, испытывая фактически непреодолимое желание сбежать отсюда подальше.
Но, наткнувшись на насмешливый взгляд карих глаз стоящего напротив мужчины, сжала кулаки, опуская голову и тихо умоляя, осознавая, что прежние страхи, казалось бы, уже заглушенные, всколыхнулись вновь. - Не надо. Пожалуйста...
- Риша, Риша, Риша, - качая головой, мужчина шагнул вперед, складывая руки на мускулистой груди, обтянутой темной рубашкой. Для своих почти тридцати пяти лет Владлен Артурович был хорошо сложен и всегда одевался с иголочки, почти никогда не надевая пиджак, тем самым привлекая внимание лиц противоположенного пола.
Да только не тех, кого ему хотелось! - Что же ты так меня боишься? Я погорячился, признаю. Мне не стоило поднимать на тебя руку. И всё же... Разве мы не можем забыть это маленькое недоразумение?
На последних словах он не только подошел слишком близко."
"У меня сердце замерло в груди, когда мужчина фактически вжал меня в дверь своим телом и, схватив за шею, заставил задрать голову, вставая на цыпочки. Поспине пробежали омерзительные мураши страха, когда он прижался и повел носом вдоль моей шеи, едва ее касаясь, словно принюхиваясь.
..
Снова слишком близко. Слишком своевольно. Слишком интимно и мерзко.
Я не могла это терпеть, слишком отчетливо помня прикосновения пальцев и губ Миши, который всегда боялся мне навредить. Чуткие, нежные, но такие уверенные, сильные и чувственные...
От рук ректора меня по-настоящему тошнило.
- Отпустите, - не сумев сдержаться, я дернулась. А когда это никакого результата не принесло, отвернулась, крепко зажмурившись, лишь бы не видеть этот потемневший взгляд и не ощущать тяжелое дыхание на своей щеке.
- Отпустите!
- Я жду ответа, Арина, - в голосе мужчины послышалась сталь, а пальцы сжались на моей шее еще сильнее. - Чем же я тебе неприятен, если ты до сих пор так активно сопротивляешься?
- Из-за вас я лишилась работы, - глухо проговорила, с трудом удержавшись, чтобы не добавить что-нибудь еще. - И возможности обеспечивать семью.
