Как же, тебе же сестра родная сказала! А о том, что ее сын из-за абстрактных денег едва не убил человека, она тебе рассказать случайно не забыла, нет?!
- Риша, - оторопело посмотрел на меня родитель, явно не ожидавший подобных слов от всегда тихой и скромной девочки, которой я была... когда-то. И теперь, как кажется, давным-давно и очень, очень напрасно! - Как ты смеешь...
- Как я смею? - сидеть на месте я уже не могла, как бы не пыталась. И вскочила на ноги, упирая ладони в края стола, практически отшвырнув к книжному стеллажу мешающуюся лампу, впервые в своей жизни не заботясь о сохранности домашней обстановки.
- А ты сходи, пап, в полицию, и спроси, в чем их обоих обвиняют! Ну,же, они твои родственники, и ты имеешь на это полное право! Адвоката им найми, показания дай - делай, что хочешь, только, пожалуйста, оставь меня и мою жизнь в покое! После того, что они сделали, они мне больше не родня, да и никогда ими не были!
- Так может и я тебе не родня?! - теперь взорвался и отец.
От удара по хлипкому столу посуда на этот раз перевернулась, водка разлилась по скатерти, распространяя ядреный спиртной дух, но мне было откровенно наплевать. - Может, и меня сдашь, как буйного алкоголика? Или сопляка своего науськаешь?Мне что предъявите?!
Я без сил опустилась на стул, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Господи... да что за чушь он сейчас несет? И... как я не замечала этого раньше? А главное, как я всегда терпела этот вечный, нескончаемый пьяный бред? Почему позволила ему так обращаться со мной? Почему молчала?"
"- Значит так, - подняв бутылку, папа хлебнул прямо из горла.
Приняв мое молчание за знак смирения, он попытался проявить командный тон, который и раньше ему не слишком удавался. - Сейчас ты пойдешь к этому мальчишке и уговоришь его забрать заявление. Мне всё равно, как, делай, что хочешь, или как умеешь. Раз смогла его убедить оклеветать своих брату и сестру, сумеешь уговорить сделать обратное! Иди, и чтобы завтра Алка с Колей были на свободе!
- А если нет? - вскинула я голову, глядя в его затуманенные алкоголем глаза.
-Что тогда? Что ты тогда сделаешь, пап?
- Видит бог, я этого не хотел, - он покачал головой, крепко зажмурившись. Снова закурил, помолчал, сплющивая фильтр сигареты между пальцами, негромко, но всё-таки произнес. - Ты должна вызволить их, Риш. Иначе ты мне больше не дочь.
Повисшую в воздухе тишину можно было потрогать руками.
А я...
