- И почему я не удивляюсь? - Алехин-младший задал самый риторический вопрос из всех возможных. И, пожалуй, добавить к нему, воистину, было нечего...
- Ой, да ладно вам, млять, - хмыкнул Харлей, с некоторой толикой одобрения поглядывая на горы коробок. - Тоже мне, конец света. Ришка, хорош киснуть, бабам тряпки лишними никогда не будут! А у Михи шкаф большой, поместитесь! В чем проблема, я не врубаюсь?
- Я хотела обновить гардероб, - свесив ноги со спинки дивана, отозвалась Арина.
И, махнув рукой в сторону столика, скривилась. - Но Харлей, это уже перебор... Для чего мне столько вещей? А обуви? А драгоценности? Я ведь их даже не ношу. И это не говоря уже о том, сколько всё это стоит!
- Предвосхищая слова поддержки в адрес своей невесты и порицания нашей дражайшей родственницы, - ровным, скучающим тоном вмешался Владислав до того, как его брат успел открыть рот. Не отрывая карандаша от бумаги, он продолжил с ноткой сарказма. - Хочу напомнить, братец, о стоимости надетых на тебя рубашки и часов.
И раз количество нулей с их чека до сих пор не подтолкнуло тебя к правильному направлению мыслей, поясню. Посмотри на себя. И на Арину."
"Не воспринимай это как оскорбление, Риша, ты действительно неплохо выглядишь. Однако по сравнению со своим парнем слишком... бедно.
- Ты серьезно думаешь, что мне на это не плевать? - выгнул брови Алехин- младший, складывая руки на груди, не глядя на сгорбившуюся после этих слов девушку.
- Тебе нет, - хмыкнул мужчина, ровными, плавными штрихами продолжая рисунок.
- Остальным - еще как. По разнице ваших положений в обществе наверняка прошлись уже ни раз и не два. И пройдутся еще раз все, включая наших же родителей. Бабушка приняла Арину такой, какая она есть. Но другие не примут, и ты знаешь это. Так что наша сверх меры заботливая родительница всего лишь попыталась минимизировать разницу между вами, хотя бы внешнюю.
Чтобы никто и рта не подумал открыть в ее адрес. Думаю, обществу и так найдется, к чему придраться. Не стоит давать им лишнего повода для перемывания костей.
- Мих, а Цепеш в чем-то прав, - потерев подбородок, задумчиво произнес Харлей. - Не, Вишенку-то мы в любом прикиде любим. В клубе она своя, никто и вякнуть не посмеет. Да только всю жизнь вы там не проторчите. Любой выход в свет и, мать их итить, в Ришку пальцами тыкать будут.
