– Смотри на меня, Чилтон, – приказываю я. – Не позволяй ей заманить тебя на темную сторону.
– Обожаю, – бормочет он, а его взгляд приклеился к ее груди.
Но я-то знаю, что он совершенно не умеет двигаться под музыку.
– Коби, не ведись на это! Ты не представляешь для нее никакого интереса.
Но они оба не обращают на меня внимания.
– Нам нужно как-нибудь потанцевать. Нам будет. Так. Весело. – Бренна поглаживает его грудь, а потом скользит к его покрытому бородой подбородку и гладит его тоже. – Наши тела будут так близко, что твое сердце начнет биться еще быстрее.
Адам снова заходится кашлем. Сидящий рядом с ним Дмитрий зачарованно наблюдает за Бренной. Да все они. Такой эффект она производит на мужчин.
Я сверлю взглядом Коби.
– Она просто дразнит тебя. Это месть за мои так называемые «грешки».
Бренна вызывающе улыбается.
– Вообще-то, я считаю Коби невероятно привлекательным.
– Ну, конечно! – протяжно отвечаю я и обращаюсь к идиоту, на чьих коленях она восседает: – Ты можешь это сделать! Выберись из тьмы!
Когда он наконец обретает способность говорить, его голос звучит сдавленно, словно слова тянут из него силой.
– Прости, Джейк. Мне кажется, я люблю ее.
Бренна смеется и одним легким движением поднимается с его колен.
Коби тоже подскакивает.
– Давай потанцуем сегодня, – с жаром предлагает он.
– Слабовольный говнюк.
Тоже вздохнув, Бренна ласково касается руки моего товарища.
– Прости, милый, но Коннелли был прав. Я играла с тобой.
Коби ошарашено пялится на нее.
– Серьезно. Я манипулировала тобой и приношу свои извинения. Ты стал невольной пешкой в этой маленькой шахматной партии между мной и твоим капитаном.
Коби выглядит таким разочарованным, что я чуть не давлюсь от смеха. Но мне его ничуть не жаль – я его предупреждал.
Бренна поворачивается ко мне.
– Видишь, как легко это было? – Она раздраженно качает головой. – Я не лью слезы по Маккарти лишь потому, что между нами не было ничего серьезного. Но пусть это послужит тебе предупреждением, Коннелли.
– А то, что ты только что сделала, это не детский сад? – с вызовом спрашиваю я.
– Еще какой! Я этого не отрицаю. Пришлось опуститься до твоего уровня, чтобы доказать свою правоту. Если ты портишь мне жизнь, я плачу той же монетой.
