Она на столе у входной двери.
Лорен спокойно отнеслась к такому вторжению в ее личную жизнь. Ее не беспокоило, что агенты ФБР распечатали письма. Они просто делают все, чтобы выполнить задание, а ей всегда нравились такие люди.
Уэссон шагнул к Нику и почти прошипел:
– Для вашего сведения, вы здесь исключительно в качестве телохранителя Лорен, и ваш долг – каждую минуту находиться рядом.
По контрасту с воинственным тоном Уэссона голос Ника прозвучал мягко и дружелюбно:
– Я знаю, в чем состоит мой долг.
– И постарайтесь как можно правдоподобнее изображать влюбленного.
Ник кивнул, но Уэссон посчитал, что еще не окончательно указал Нику его место.
– А пока вы будете развлекаться, моим подчиненным придется пахать день и ночь. Это мы проделаем настоящую работу по поимке маньяка.
– Настоящую работу? – язвительно хмыкнул Ник. – Нравится вам или нет, но в этом деле мы – одна команда.
– Если бы не Моргенштерн, вас бы здесь не было.
– Верно, но я все-таки здесь, и вам придется с эти примириться.
Атмосфера с каждой минутой накалялась.
Сейчас враги напоминали быков, готовых вот-вот броситься в бой. Но Лорен сжала руку Ника.
– Кажется, нам пора.
Ник, не говоря ни слова, пошел за ней. Телефон зазвонил как раз в ту минуту, когда он открывал дверь. Услышав громкое восклицание Уэссона, он обернулся, подождал, пока тот закончит разговор, и холодно спросил:
– Что случилось?
Уэссон самодовольно ухмыльнулся:
– Нашли труп.
Глава 17
Уэссон – жлоб и поганец. Злобный, надоедливый, несносный, грубый и наглый.
Всячески унижает своих людей. И, что еще хуже, напрочь лишен сострадания. Стоило лишь посмотреть, как он торжествует, услышав, что какой-то фермер наткнулся на изуродованное тело восемнадцатилетней Тиффани Тары Тайлер! Хотя бы ради приличия сдержался! Так ведь нет, только что не вопит от радости, и при виде этого непристойного ликования Лорен брезгливо поморщилась.
Ник решил увести ее из коттеджа, пока девушка не наслушалась ужасающих подробностей. Он разделается с Уэссоном позже.
Но когда он попытался увести Лорен, она вырвалась. И сделала то, на что Ник не считал ее способной. Но восхищение его от этого лишь возросло."
"Под ее осуждающим взглядом Уэссон виновато съежился. Но Лорен, не ограничившись этим, отчитала его, как школьника, и с каждым словом лицо Уэссона багровело все гуще. Она напомнила, что молодая женщина зверски убита и, если он не испытывает ни сочувствия ни жалости к бедняжке, ему следует поискать другую работу.
