– И в тебя никогда не стреляли? – дрожащим голоском пробормотала она.
– Стреляли, но не попали. Пару раз задели ножом, били, пинали, царапали, даже плевались, только не это.
«Пока», – хмыкнул он про себя. Еще один след от зажившей раны, там, куда вонзился топорик для колки льда, остался на спине, как раз около левой почки. На пару дюймов повыше – и ему не выжить. Оставалось надеяться, что Лорен ничего не заметит, а если и спросит, он не станет лгать.
– Большая часть боевых отметин получена во время футбольных сражений.
Лорен рассеянно запустила пальцы в его волосы.
– Если не считать тех, что навсегда остались в душе и на сердце.
Ник оттолкнул ее руку.
– И не стоит разводить сантименты. У всех нас есть что вспомнить."
"Он снова пытается отгородиться от нее, вернуть барьер, что стоял между ними. Замкнуться в своей скорлупе. Но она не позволит ему праздновать труса. Когда Ник повернулся на спину и проворчал, что им давно пора спать, Лорен покачала головой, придавила его к матрацу и, подперев подбородок ладонями, взглянула в голубые глаза.
Ник судорожно вцепился в ее бедра. Нужно бы отодвинуть ее и постараться заснуть, прежде чем желание снова возьмет верх, но он никак не мог себя заставить отпустить ее.
– Пообещай мне кое-что, и я дам тебе спать, – шепнула она.
– Что именно? – с подозрением осведомился Ник.
– Что бы ни случилось…
– Да не тяни ты!
– Никаких сожалений. Хорошо? Ник кивнул:
– А как насчет тебя?
– Никаких сожалений, – поклялась она.
– Согласен.
– Дай слово.
– Даю, – вздохнул он.
– Никаких сожалений. И оба бессовестно лгали.
Глава 28
Разбивающий Сердца. Профессионал. Фанат. Как ни назови, а он терпеть не мог сюрпризов, если не считать тех, которые устраивал сам.
Но сегодня неприятные открытия сыпались на голову, как снег зимой. Он уже слышал, что ослы ищейки издеваются над ним, но плевать на это хотел. Чего и ждать от идиотов. Пусть обзывают его как хотят. Брань – не грязь, на вороту не виснет. До сегодняшнего дня он и ухом не повел, но оказалось, что Лорен тоже распространяет гнусные слухи.
Назвала его импотентом. При всех! Он с трудом выносил мысль о том, что с ее губ может с такой легкостью слететь это мерзкое слово. Как она смеет предавать его?! Как смеет?!
Придется сквитаться с ней, и к тому же не откладывая. Потребность наказать ее затмила обычную осмотрительность. Сколько он простоял здесь, на заднем дворе, глядя на ее окна? Час, два? Он не знал. Когда он охвачен жаждой мести, время не играет роли.
