Однако девушка по-прежнему оставалась чужой, поскольку приехала в Холи-Оукс из Чикаго, этого гнезда греха и разврата. Но, очевидно, этот город еще не успел напитать ядом душу девушки. Наверное, монахини, которые воспитывали ее в швейцарском пансионе, успели внушить Лорен строгие моральные принципы. Даже Бесси Джин, неуклонно шествующая по пути, заповеданному Господом нашим, решила, что может вынести друзей-иностранцев, правда, не более одного-двух."
"Сестра предложила на некоторое время отвлечься от скорбных воспоминаний о Дэдди и испечь для Лорен яблочный пирог, но Бесси пожурила ее за забывчивость.
Разве она не помнит, что близнецы Уинстон присматривают за аптекой[11] Лорен, пока та катит в Канзас-Сити? Сказала, что хочет сделать сюрприз своему брату, красавцу священнику с чудесными густыми волосами, на которые засматриваются все девчонки в Холи-Оукс-колледж. Придется подождать до понедельника, когда вернется Лорен.
Едва решив, что Лорен отныне своя, сестры немедленно присвоили себе право вмешиваться в ее жизнь при каждом удобном случае, заботиться о ней, как о родной дочери, поскольку сами не выходили замуж и своих детей отродясь не имели.
Бесси Джин надеялась, что Лорен не забудет запирать дверцы машины. Ах, она слишком молода и, значит, по их представлениям, наивна, тогда как они старше, мудрее и хорошо знакомы с прискорбными сторонами жизни. Правда, ни одна не бывала дальше Де-Мойна, где жили их родственники, Аида и Джим Перкинс, но это еще не означает, будто они находятся в блаженном неведении по поводу того, что творится в этом мире.
Они не какие-то глупые старухи! Каждый день читают газеты и знают, что по всему шоссе в кустах прячутся серийные убийцы и маньяки, поджидающие красивых молодых женщин, имевших глупость остановиться по пути или, чего доброго, застрявших прямо на дороге у поломанной машины. А на такую милашку, как Лорен, кинется любой мужчина! Да взять хотя бы старшеклассников, целыми днями отирающихся возле ее еще закрытой аптеки в надежде, что она выйдет и перекинется с ними словечком.
Однако Бесси Джин напомнила сестре, что Лорен так же красива, как и умна.
И решив больше не тревожиться о Лорен, Бесси Джин уселась в столовой, открыла деревянную шкатулку с письменными принадлежностями, подаренную когда-то мамой, вынула листок розовой душистой бумаги со своими инициалами и потянулась к ручке.
