По странному стечению обстоятельств, Томми прожил в семье Бьюкененов, где, кроме Ника, было еще семеро детей, почти все школьные годы, а потом оба поступили в университет штата Пенсильвания.
– Какой именно? – осведомился Томми, подталкивая ее к крыльцу.
– Ты о чем?
– О Нике. Какой он?
– Высокий, – вывернулась Лорен, вспомнив, о чем они говорили.
– Я никогда не присылал тебе снимки?
– Нет, – заверила Лорен, и Томми нахмурился, явно раздосадованный таким упущением. Лорен, отчего-то занервничав, глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, одернула юбку и поднялась по ступенькам.
Боже, Боже, да у него глаза, как два голубых сверкающих бриллианта, от таких ничто не укроется!
Лорен ошеломленно хлопала ресницами, пока Томми наспех знакомил сестру и друга. Она робко протянула руку, но Ник, похоже, не признавал формальностей и схватил ее в объятия. Чисто братские, разумеется, и даже когда Лорен отступила, он продолжал держать ее за плечи и бесцеремонно оглядывать с головы до ног.
– Счастлива познакомиться с вами, – пробормотала она.
– Я столько слышала о вас за эти годы!"
"– Поверить невозможно, что нам до сих пор не удалось встретиться, – поддакнул Ник. – Томми показывал все ваши снимки, начиная с детских. Он даже развесил их по стенам в нашей комнате, но это было Бог знает когда, и с тех пор, Лорен, вы здорово изменились, ничего не скажешь.
– Надеюсь, к лучшему – засмеялась она. – Сестры в пансионе были так внимательны, что регулярно снабжали Томми моими фото, а вот он и не подумал прислать хоть одно!
– У меня не было камеры, – возразил Томми.
– Мог бы позаимствовать у соседей, лентяй ты эдакий!
– Мужчины не задумываются о подобных вещах, – отбивался он. – По крайней мере я! Ник, нужно срочно затащить ее в дом, верно?
– Разумеется.
Томми немного повозился с раздвижными дверями и грубо втолкнул Лорен в дом.
– Да что, во имя неба, с тобой творится? – возмутилась она.
– Сейчас все объясню, – пообещал брат.
Прихожая оказалась темной и пропахшей плесенью. Томми потащил их в глубь дома, на кухню, в укромный уголок с окном-эркером, выходившим на огород монсеньора, занимавший почти весь задний двор.
У окна стояли старый квадратный стол, под ножку которого была подложена подставка для бутылки, чтобы не шатался, и четыре стула с высокими спинками. Комнату недавно покрасили в ярко-желтый веселый цвет, но жалюзи были порваны и выгорели на солнце. Их давно следовало бы заменить, но Лорен знала, что денег не хватало даже на самое необходимое.
