А вдруг мое тело не понравится ему?! Покусывая плечо, он медленно полностью раздел меня: стащил трико с нижним бельем, оставляя обнаженной, смущенной и немного растерянной.
Прикрывшись руками, я неуверенно подняла взгляд на мужа.
— Ты совершенство! — в его глазах горело такое восхищение и желание, что я выдохнула, немного успокоившись. Взяв мои руки в свои, он развел их в сторону, открывая меня своему взору. Я знала, что он видит не такую уж и большую грудь, маленький животик и округлые полноватые бедра.
— Я и мечтать не мог, что ты окажешься такой.
Десятки раз я приходил сюда и наблюдал за тобой из тени. Видел, как ты танцуешь, готовя ужин. Как забавно грызешь карандаш, когда о чем-то задумываешься, составляя лекция. Я подглядывал за тобой, когда ты собиралась в ванную, и все представлял, какой ты будешь без всей этой одежды.
Он еще раз осмотрел меня горящим смущающим и одновременно возбуждающим взглядом от макушки до кончиков пальцев, обжигая своим желанием.
— Ты мое совершенство, Ирина!
Склонившись, он коснулся губами моего рта.
Нежно и с таким трепетом, словно снимая пробу. Дегустируя!
— Такая сладкая, — выдохнул он и скользнул языком по моей нижней губе.
Не выдержав такой пытки, я обхватила его лицо руками и включилась в игру. Мой язык коснулся его оплетая. Я ощущала его вкус, запах и это просто отключало мой разум. Я желала этого мужчину, и не видела ни одной причины скрывать это.
Никогда еще я так не сходила с ума от простых прикосновений мужских рук и губ.
Внизу моего живота разгоралось дикое всепоглощающее пламя. Волнение, несвойственный мне трепет и дикая страсть смешались в единое чувство, которое лавиной снесло все страхи и сомнения. Оно разливалось по моим венам, доставляя абсолютное удовольствие.
Оторвавшись от моих измученных губ, Хаул опустился ниже и проделал дорожку легких едва ощутимых поцелуев на шее. На мгновение, остановившись в том месте, где бешено бился мой пульс, он мучительно нежно лизнул и прикусил кожу, вызывая у меня тихий стон.
"
"Его руки ласкали мое тело, изучали изгибы бедер, талии, мягкость груди. Я изнывала под его ладонями и губами, прося о большем. Но он лишь усиливал натиск, ломая между нами все грани, сжигая стеснения и неловкость. Перевернув меня на живот, мужчина обвел языком каждый позвонок, заставляя пальчики на моих ногах подгибаться.
— Хаул, — тихо простонала я.
— Дай мне насладиться тобой, — шепнул он мне на ушко. — Позволь поверить, что это не сон.
