— Да, — протянул энт, — страшный у вас мир, профессор.
— И как, — прорычала я, уязвленная тем, что какое-то бревно без спросу ковырялось в моей голове, — легко бы вы восприняли то, что не подходит у вас под понятие ""обычного"".
Да мне было неприятно, что мой страх перед неизвестным и непонятным осуждают. Я бы на них посмотрела, окажись они в моем мире.
— Я приношу свои извинения. Держи, изучай, — спустившаяся сверху ветка сунула мне в руки свод законов Эргании. — Тебе полезно, — уже куда тише пробурчал энт и снова, кажется, уснул.
— Думаю, нам лучше припрятать книги самим и не тревожить больше Хронока, — негромко проворчал ректор.
Обхватив за плечи, Хаул развернул меня в сторону стеллажей и повел вперед. А мне было все еще обидно. Эмоции после встречи с мудрым дубом стихли и накатили совсем иные чувства. В первую очередь, страх и отрицание действительности. Ведь все происходящее за гранью реального. Разве бывают боги, иные миры, энты… Может, я в аварию попала, и теперь лежу в реанимации.
Мой мозг, чтобы оградить от происходящего, показывает мне эту сказку.
Возможно! Вполне!
Но как узнать, что правда, а что вымысел. Я пыталась вспомнить все случаи клинической смерти, когда пациенты рассказывали бы о ярких снах или о нечто подобном, что не укладывалось в привычную действительность. Но ничего в голову не приходило.
""Ирина, — услышала я голос старушки богини словно из ниоткуда, — соберись и не впадай в панику""
Встав столбом, я осмотрелась.
— Что? — Хаул в недоумении уставился на меня.
— Как понять, где реальность, а где сон или попросту работа подсознания?
Бровь мужчины приподнялась. А затем на его губах на пару мгновений мелькнула лукавая ухмылка.
— Думаю, ты лучше знаешь ответ на этот вопрос.
— Да, — я призадумалась, — во сне сложно вспомнить, что было пару мгновений назад. Картинка реальности меняется самопроизвольно…
— Ирина, — уже не скрываясь, веселился Хаул.
— Что? — видимо мои нервы сдали, потому, как сейчас, я готова была рвать и метать от одной мысли, что не могу понять, где действительность, а где грезы подсознания.
— А какая разница спишь ты или нет? — поинтересовался жнец.
— Принципиальная, — возмутилась я и осеклась, по правде сказать, вообще разницы никакой.
— Ты дышишь, думаешь и мыслишь, так не все ли равно, в какой реальности это происходит, — поинтересовался Хаул.
— Не путай меня, — прорычала я на него.
