Ритуал последней брачной ночи

 — Разнообразим меню. Меня она сожрет на первое, тебя — на второе.

Мы добирались до места съемок около часа. Сергуня постоянно сверялся с адресом, менял трамвай на троллейбус и троллейбус на автобус. В конце маршрута нас ожидала недостроенная разноуровневая высотка с круглой башенкой на самой верхотуре.

— Это здесь, — торжественно объявил Сергуня. — Сегодня у них трюковая съемка. Героиня сбегает от кучи бандитов при помощи строительной лебедки.

— Скажешь об этом линейному продюсеру. Он будет в восторге.

Около одного из подъездов переминались с ноги на ногу два недомерка в официальном твиде. Чуть поодаль паслось немногочисленное стадо одинаково стриженных брюнеток.

— Поклонницы, — презрительно сплюнул Сергуня в сторону брюнеток. — Дуры. Автографа сутками дожидаются. Лучше бы своих мужиков ублажали.

Мы подошли к насторожившимся недомеркам, и Сергуня достал корочки.

— Сергей Синенко. Газета «Петербургская Аномалия». Вас должны были предупредить.

Цепной пес съемочной группы «Чет и Нечет» внимательно изучил удостоверение, вернул его Сергуне, а потом уставился на меня.

— Стажер. Той же газеты.

— Проходите. Группа на двадцать третьем этаже.

Сергуня подхватил меня под руку и потащил к затянутому зеленой сеткой входу.

— Надеюсь, лифт работает? — запоздало спросила я. Лифта не было и в помине: только подготовленная к эксплуатации лифтовая шахта, приветливо щерившаяся пустотой. Сергуня моментально нашел выход на лестницу, и мы полезли вверх.

…Полина Чарская заявила о себе между девятнадцатым и двадцатым этажами.

— Легкие ни к черту, — заявил Сергуня, жадно затягиваясь. — Курить надо бросать…

Вот тут-то и раздался нечеловеческий вопль. Он был таким яростным и таким отчаянным, что у меня сразу же заложило уши. И весь суповой набор внутренних органов рухнул в область малого таза.

— По-моему, там что-то случилось… Пойдем!

— Ну что ты нервничаешь? — Сергуне явно хотелось добить вонючую, как солдатские портянки, «беломорину».

— А если кто-то выпал?

— Если кто-то выпал — его подберут те, кто внизу Спустя минуту мне все-таки удалось отодрать его от площадки и пинками погнать к двадцать третьему этажу. Вопли становились все явственнее и обрели половую принадлежность: кричала женщина. Когда мы наконец-то вышли на финишную прямую, нас окружила плотная стена отборного мата.