Ритуал последней брачной ночи

А по тому, как было проведено расследование в отношении Аллы Кодриной, можно смело утверждать, что им занимались некомпетентные люди…

— Я тоже бы им не доверяла, — вырвалось у меня.

— Теперь вы. — Рейно сложил в кучку свой жалкий мизерный улов. — Вы обещали посвятить меня в те подробности, о которых я ничего не знаю. Что это за прибор в футляре?

Ну, Варвара, вперед и с песней! Не может быть, чтобы боженька не оценил твоих усилий на пути к исправлению! На пути к лучезарному, ослепительному, упоительному и свободному будущему!.

.

— Это орудие убийства, — просто сказала я.

— Где орудие убийства?

Рейно протянул к футляру руки, но я была начеку.

— Нет. Так не пойдет. Сначала я объясню… Это нож, которым убили Олева Киви.

— Нож, которым убили Олева Киви, — я тупо переводила глаза с Рейно на футляр. — Но…

— Откуда у вас этот нож?

— Я вынула его из тела…

— Вы? — Он быстро заморгал, открыл рот, чтобы что-то сказать, но в самый последний момент передумал.

— Не забывайте, я проснулась рядом с телом… Увидела нож…

— Зачем вы вытащили его? Вы, дура ненормальная?!

— Не знаю… Я тогда плохо соображала…

— По-моему, вы всегда плохо соображали.

Зачем вы это сделали?!. Если, конечно, не вы убили…

— Не я, клянусь! — Я снова пустила в ход тихие, полные сдержанного достоинства слезы.

— А если там были отпечатки пальцев, идиотка?

— Если бы вы его видели…

— Мертвого Олева Киви?

— Так покажите мне его! — Он снова протянул лапу к Футляру.

— Да, конечно… Но сначала я должна предупредить.

«Это Нож-убийца… Стоит взять его в руки — и невозможно Удержаться… Ты думаешь только о том, чтобы добраться до чьей-то плоти… Он руководит тобой, он направляв тебя… Я сама испытала все это… Я сама…

— Еще кого-то замочили?

— Нет!.. — Я надолго замолчала. Стоит ли рассказывать Рейно о досадном эпизоде с пупком Сергуни Синенко и об отважном коте Идисюда?

Наверное, стоит. Если уж ты решила идти до конца.

— Я хотела… Я хотела убить… Вернее, не я сама. Это Нож направлял меня… Он хотел убить… Я бы и сделала это.

Если бы меня не вспугнули… Вернее, если бы Нож не вспугнули, — с трудом закончила я и снова почувствовала, как на голове у меня зашевелились волосы.

Но свободный от убийств и предрассудков прагматик

Рейно посмотрел на меня скептически.

— Вы, русские, всегда сваливаете свои безобразия на кого угодно… На зиму, на американские спутники, на плохие дороги. Стыдитесь!..

Он больше не слушал меня. Он был не в состоянии терпеть.