Ритуал последней брачной ночи

Равно как и финиковые пальмы, попугай Старый Тоомас, домработница, кабинет в офисе, переговоры, контракты, бритва «Жиллетт» и баночное пиво. Я нажала кнопку первого этажа, и лифт пошел вниз. Давай же, давай!.. На то, чтобы обнаружить труп, уйдет минуты две от силы. Еще минуту накидываем на выход из шокового состояния (дольше он у закаленной советской действительностью Веры Константиновны вряд ли продлится), еще минуту — на набор магических цифр «02»… Потом она сообразит, что к чему, бросится вниз и…

Я должна убраться до того, как Вера Константиновна вспомнит о моем существовании.

Коротко кивнув бабе Любе, я прорвалась на улицу и сразу же тормознула битый «жигуленок». Черт возьми, второй раз за сегодняшний день мне приходится уносить ноги.

«Жигуленок» выбросил меня у станции метро «Площадь Мужества», прозванной нашей со Стасом общей подругой Кайе «Площадью мужеложства». Теперь в подземку — и до «Академической». Домой. Мне нужно время, чтобы во всем разобраться и решить, что же мне делать дальше.

Остаток пути я самым банальным образом проплакала, я с трудом подавляла в себе желание не упасть на пол вагона и не забиться в падучей.

Два раза меня пробовали утешить пенсионерки, четыре — молодые люди самых разных калибров и расцветок. Они же предлагали мне: адмиралтейское бочковое, токайское коллекционное, прокатиться на лодке в ЦПКиО, переспать, посетить гей-клуб и сауну. Еще вчера (о, господи, только вчера!) я рассмотрела бы эти предложения в порядке поступления. Но сегодня… Сегодня я даже не знала, где меня застанет огрызок белой ночи…

Никакого патруля у моего подъезда не было, да и снайперов на крыше тоже.

Я взлетела к себе на шестой этаж и сразу же включила телевизор. Через полчаса должны начаться местные новости. Наверняка убийство Олева Киви попадет в них (бедная я, бедная!). А пока нужно прекратить истерику, попытаться взять себя в руки и спокойно обдумать ситуацию.

Вчера вечером в ресторане «Европа» при большом стечении народа одна никому не известная женщина подсняла одного очень известного мужчину.

Свидетелями в этом случае могут выступить:

1. Метрдотель, физиономию которого я не смогла бы вспомнить и под дулом пистолета.

2. Криминальный репортер Сергей Синенко.

Потом — гостиница с другим набором очевидцев.

1. Портье, физиономию которого я не смогла бы вспомнить и под дулом пистолета.

2. Стриженый секьюрити, просекший мою специальность по непроизвольным движениям задницы.

3. Недотепа-официант с сервировочным столиком.

4.