Онлайн-библиотека книг
Он скачет один ночью в город. Он едет к нам, это ясно.
— Тебя нет, Ася. Забудь. Проводник не будет ждать, нам нужно идти.
— Это Федулов. Может, что-то с Марусей. А может… Ты не понимаешь, я должна знать!
Лев что-то говорил ей, обнимая за плечи, но она не слышала его: она вся была устремлена туда — вслед за лошадью красноармейца Федулова. Она вдруг ясно почувствовала, что не может не узнать, что случилось, ведь зачем-то он несется ночью, подвергаясь опасности, в город.
— Ася, я не пущу тебя. Я люблю тебя, Ася! Ты нужна мне, не уходи!
Но она молча уходила от него, в темноте натыкаясь на камни, попадая ногами в ямки вырытой глины, падая и карабкаясь наверх, чтобы срезать путь.
— Э-эй! — громко крикнула она, но Федулов не слышал. — Э-эй!
— Кто здесь?
Всадник остановился у городских ворот. Конь нетерпеливо перебирал ногами.
— Это Вознесенская, — задыхаясь, объяснила Ася, карабкаясь на холм. — Что случилось?
— Августина Тихоновна? Вы здесь? Федулов спешился. Помог ей подняться.
— Я к вам.
— Я уже поняла.
— Нет. Алексей Сергеич ранен. За вами посылать было не велено, идет операция. Но мы с Марусей решили — негоже это.
— Ранен?..
Ася опустилась на землю у ног коня.
— Да вы не волнуйтесь, там доктор. Но все же ранение тяжелое. Я подумал…
— Я еду с тобой. Поворачивай.
Федулов помог Асе подняться в седло. Она ни разу не оглянулась в темноту, где остался Лев.
Они мчались, и ночь гналась за ними. Но вот уже костры воинской части.
Большая палатка лазарета была освещена изнутри желтым светом керосиновых ламп.
— Идет операция.
— Где командир? — звенящим от волнения голосом спросила Ася.
Красноармеец кивнул в сторону палатки, откуда уже шел к лазарету высокий худощавый командир Щедрин.
— Я хочу знать положение моего мужа, — все тем же звенящим голосом проговорила Ася. — Рана опасная?
— Задето легкое. Потеряно много крови. Но будем надеяться на лучшее, Августина Тихоновна. Идет операция.
— Кровь нужна? У нас с ним одна группа крови.
— Я спрошу у доктора. Идемте.
Командир скрылся в палатке. Через минуту вышел Артем. Белый халат его был забрызган кровью. Артем наспех вытирал мокрые руки.
— Ася, ты? Кровь нужна, идем.
Ее привели в ту же палатку, где оперировали Вознесенского, только за ширму. Она видела сквозь белую ткань больничной ширмы преувеличенную тень мужа, лежащего на столе, видела, как вздымается его грудь, слышала свист, раздающийся оттуда.
