Робин Уильямс. Грустный комик, который заставил мир смеяться

Твой брат так поступил, и видишь, что с ним стало?“

Но Тодд стал для Робина старшим братом, о котором тот так мечтал, примером бунтарского взросления и периодическим мучителем. Робин вспоминал: «Тодд всегда у меня вымогал деньги. Он приходил в комнату и просил деньги на пиво, я говорил: ”Конечно, бери все“. Мама приходила в ярость: Тодд лез в копилку и забирал все мои пенни, что в общем могло составлять долларов 40».

В то же время МакЛорин, старший сын Лори, жил в Алабаме с родителями Лори, думая, что они его родители, а Лори – его двоюродная сестра.

Но когда МакЛорину было тринадцать или четырнадцать лет, взрослые рассказали ему шокирующую правду. «Они сказали, что моя очень красивая и неотразимая двоюродная сестра Панки мне вовсе не сестра. Она их дочь и моя мать». МакЛорину было тяжело решить, хотели ли он жить на севере с Лори, Робом и Робином или же остаться в Алабаме, где его бабушка с дедушкой могли бы его усыновить. Роб пригласил его к себе, чтобы он мог провести время в семье Уильямс и взвесить все за и против.

Теперь в его жизни был Робин – именно то, чего МакЛорин хотел всю жизнь, и он принял брата очень по-доброму. МакЛорин говорил об этом следующее: «Я рос как единственный ребенок и всегда хотел, чтобы у меня был брат. И тут на тебе! У меня есть братья, это потрясающе. Все вместе мы очень дружно сосуществовали».

МакЛорин так определил свое сходство с Робином: «Мы оба были замкнутыми, одинокими. Нам обоим нравилось копаться в собственных мыслях. Мы были очень похожи.

Он был добрым, приветливым, отзывчивым». Также на него произвела неизгладимое впечатление живая фантазия Робина, и то, как он ею пользовался, играя в свою коллекцию солдатиков.

МакЛорин признавался в некоторой напряженности между ним и матерью, хотя их обоих вырастили одни и те же люди. Но он обожал Роба, который развлекал его рассказами об авторитетных чикагских гангстерах, которые приходили в его старый салон Линкольн и скупали все автомобили за наличку. «Через две недели машину подняли со дна реки, полную дырок от пуль», – рассказывал Роб.

В то время как многие считали Роба холодным и необщительным, МакЛорин был впечатлен его суровыми, но справедливыми методами поддержания дисциплины. «Он был сильной личностью и на все имел свое мнение, – рассказывал МакЛорин. – Если ты что-то напортачил, то обязательно услышишь: ”Ну что, малыш?“ Но он всегда объяснял, почему надо было поступить иначе. Это был невероятный, замечательный джентльмен».