А он ждал, понимаешь, ждал момента, что я оценю, не просто приму с благодарностью, а буду знать цену любви, отношениям. Дорожить ими буду, как мать долгожданным чадом, как путник глотком воды в пустыне. Ты даже не представляешь, как я тебя ждала. Я ночью написала тебе стих, это первый стих за многие годы, ты как будто разбудил меня от спячки."
"Милый, нежный, любимый, родной, —Тихо-тихо шепчу я тебе.Посиди хоть секунду со мной,Я тебе расскажу о себе.Врать не буду, не думай,Но и правды всей не скажу.
Посовестившись с собой,Я немного все ж умолчу.Ведь не надо знать тебе,Как жестоко я ошибалась,О препятствиях в подлой судьбеИ о том, кому в ноги кидалась.И я перестала ждать,И я перестала верить.И стала я умирать,Покрепче захлопнув двери.Ведь я тогда и не знала,Что где-то на свете есть ты.Я даже уже не гадала,Устала портить цветы.Ты только не обманиМои надежды опять.Я ждала тебя, ты пойми,Я лучше всех умею ждать.Фома понимал, что он должен что-то ответить, но все слова застряли в горле, поэтому он сказал то, что первое пришло на ум:
– Я приготовил нам завтрак, но не стал есть без тебя, решил подождать, пока ты проснёшься.
Для Мани эти слова были сродни объяснению в любви, и она, не сдержавшись, сама поцеловала его при свете дня, без смягчающих обстоятельств типа вина и темноты.
– Да, Марья, это будет моё самое большой удивление в уходящем году, – услышав голос, они обернулись.
У калитки стояли две дамы и внимательно их рассматривали.
– Привет, Лёля, – словно извиняясь, произнесла Маня. – Доброе утро, Марго.
Фома же стал разглядывать гостей не менее пристальным взглядом, чем они его. Одна из прибывших дам была очень яркая и импозантная женщина преклонных лет, в шикарном полушубке из каракульчи, с ярким макияжем и прической а-ля Коко Шанель. Она была стройной и довольно привлекательной для своих лет. В руке леди держала что-то похожее на трубку, но когда она этим затягивалась, то пар огромными клубами поднимался в небо и пах ванилью и персиком.
Фома вспомнил: он видел такой аппарат, кажется, он называется вейп. Вторая же была более молода, ей было лет тридцать пять, женщина была более насмешлива, чем ее спутница, именно она произнесла грубое приветствие в сторону Мани. Таких Фома называл «леди-совершенство», а еще она была фантастически красива.
