– Значит, так, трансляцию со всех камер выведете на свой смартфон и на смартфон того, кто так стремится стать моим родственником, а мемуары мои писать отказывается, – уколола Фому Марго. – У вас должна быть только трансляция, у меня же пусть еще и запись идет.
– Телефонами пользоваться во время показа трансляции нельзя, иначе собьется сигнал.
Аркадий уже выполнял указания, что-то поочередно настраивая на их с Фомой телефонах, даже не думая сопротивляться, было видно, что он хороший исполнитель.
– Я отказываюсь смотреть на вас в ванной, – ультимативно заявил Фома.
– Хорошо, нашей впечатлительной натуре отключи картинку из ванной, – насмехаясь, сказала Аркадию Марго.
– А вообще, мне кажется, вы ревнуете, что теперь Аркадий – главный мой защитник, – Марго никак не могла промолчать.
– Да пожалуйста, – сказал Фома, – просто я мозг данной операции, а Аркадий – хороший исполнитель.
– Вы себе льстите, – обидно засмеялась Марго.
– Мы вдвоем в шкаф не поместимся, – все еще пытался отвоевать свои права быть мозгом будущий родственник.
– Аркадий сядет под дубовый стол в кабинете, – у Марго, как всегда, на все был ответ.
– Мне интересно, если бы меня здесь не оказалось, если бы Маня нас не познакомила, кого бы вы вызвали охранять ваше величество? Ведь вы не могли предвидеть моего появления в вашей семье.
– Во-первых, прошу зарубить на вашем огромном носу, – на этих словах Фома посмотрел внимательно на свой нос в зеркало, – у меня всегда есть план, – продолжила Марго, не замечая его кривляний, – а во-вторых, я полностью убеждена, да и жизнь доказала мне это не раз, не суетись – и все случится так, как надо.
Но Фому уже было не остановить, он обиделся еще и за нос и решил вредничать до последнего.
– Пообещайте спать в пижаме.
– Не могу, – спокойно сказала Марго, – у меня только пеньюары, – и, засмеявшись своим грубым громким смехом, направилась в ванную.
– По местам, мои защитники, – крикнула она и хлопнула дверью.
– Невыносимая, – сказал Фома.
– Нормальный начальник, – пожал плечами Аркадий.
* * *В шкафу было душно и пыльно, по высоте он совсем не подходил для рослого Фомы, поэтому тот сел на основание, подтянув под себя ноги. Ключ из замочной скважины он предварительно вытащил и положил на пол, изобразив, будто бы тот нечаянно упал, ничего не должно было выдавать присутствие чужих людей. Тонкий лучик света пробивался внутрь шкафа сквозь пустой замок.
