Онлайн-библиотека книг
Лёша, теперь нужно сесть, – говорит он Алексею и помогает подняться. Точнее, поднимает его сам. Легко, словно куклу.
Полотенце, прикрывавшее бёдра Лёши падает на пол, и мне приходится опустить взгляд.
– Ты как? Норм? – спрашивает Миша, поднимает полотенце и, получив в ответ утвердительный кивок, продолжает:"
"– А вот теперь учись, коллега, – обращается он ко мне. – Большими пальцами по массажным линиям лица от середины лба и по всей голове. Легко, без усилий, но не гладишь, а именно растираешь круговыми движениями.
– Поняла.
– Лениться не будешь, всё будет хорошо. Завтра привезут стол, поэтому подготовь место. А на сегодня всё. Сейчас пусть Лёша немного отдохнёт. Если уснёт, то ещё лучше. Завтра к этому времени быть также готовыми. Пациента помыть, собаку накормить! Не перепутаешь?
– Постараюсь.
– Тогда до завтра.
Михаил тщательно моет руки, умывает лицо. Стягивает с себя влажную от пота футболку и надевает свежую. Скидывает вещи в спортивную сумку, бросает взгляд на Вальтера, качает головой, словно не верит, что остался жив.
– Спасибо, дружище, что не сожрал, – говорит Вальтеру, но не приближается.
Пёс оскаливается в улыбке, заставив Михаила попятиться назад.
– Твою же… – бледнеет массажист. – С детства боюсь собак. Ничего не боюсь, а собак боюсь, – вдруг признаётся.
Я закрываю за Михаилом дверь и возвращаюсь в комнату. Лёша спит. Так и уснул полусидя, прислонив голову к спинке дивана. Устал. Накрываю его пледом и иду на кухню. Нужно приготовить ужин и ему, и Вальтеру. Пока чищу овощи, на ватсап приходит сообщение с номера Владимира.
«После работы заеду в супермаркет. Что купить?»
Приходится вытереть руки и ответить:
«Уже всё купила».
«Ну во-о-от», – грустный смайлик.
Я невольно улыбаюсь, представляя вместо смайлика Володю.
«Можно что-нибудь к чаю», – вспоминаю, что Лёша любит сладкое.
«Ура! А меня чаем напоишь?»
Снова улыбаюсь.
«Конечно! Напиши, как подъедешь. Алексей спит, я убавила домофон».
«Спит? Всё нормально?»
«Да. Устал после массажа».
«Ты умеешь делать массаж?»
«Нет. Нашла массажиста».
Больше ничего не приходит, и я возвращаюсь к приготовлению ужина.
