Родиться заново

Ирина (теперь я знал её имя) была одета в небесно-голубое платье. Она сидела рядом с моим братом и счастливо улыбалась, с нежностью глядя ему в лицо. Эти несколько секунд, пока я оставался незамеченным, дали мне возможность понять, какую чудовищную ошибку мы совершили. Но отец привлёк внимание ко мне, представив будущей невестке своего второго сына.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я никогда не забуду, как Ира побледнела, когда повернулась. Её глаза, наполненные страхом, в немом ужасе смотрели на меня.

Антон заметил моё замешательство, но отшутился, что он оказался прав, и мне нельзя было показывать его невесту. Я не помню, что тогда ответил. В голове стоял такой сумбур, что я не мог чётко мыслить. В груди давило от злости и обиды. Я злился на самого себя, что сам спровоцировал такую ситуацию, но ещё больше было обидно за брата, который безумно любил девушку, отдавшую свою невинность первому встречному, даже не узнав его имени. Я был готов рассказать правду, но Ирина… Она сидела опустив голову, и даже не смотрела на Антона. Не поднимая взгляда нервно сжимала руки и даже не притронулась к еде.

Отец вышел на балкон покурить и позвал с собой Антона. Мама упорхнула на кухню, а мы остались вдвоём за столом. Ирина подняла на меня свои большие глаза. В них стояли слёзы, отчаяние и… горькое неподдельное сожаление о том, что между нами произошло.

«Пожалуйста, не надо», – беззвучно попросила она, шевеля одними губами. В гостиную вошла мама, держа в руках горячее, и Ирина снова опустила глаза.

Сложно сказать, что я тогда чувствовал. Если бы я знал, кто она, то никогда бы не притронулся к девушке брата. Тем более его невесте. Наши отношения с Антоном не были крепкими. Он считал, что в семье меня любили больше, чем его. Но это не так. Брат был старше, поэтому отец спрашивал с него строже, но и меня никогда не баловали.

Я ушёл почти сразу, чтобы не мучить Ирину своим присутствием. В этот же день отправился в Москву.

Мне было неважно куда, лишь улететь, а свободные рейсы были только в столицу. Больше в России я не появлялся. Даже когда требовалось моё личное присутствие, я отправлял доверенное лицо.

И только два месяца назад я нашёл этот конверт.

Глава 19

– Наверное, теперь нет надобности беспокоить мёртвых, чтобы узнать правду, – произносит Серж. – И неизвестно, как сложилась бы судьба, если бы это письмо я увидел сразу. К сожалению, что-то исправить не в моих силах.