Родиться заново

По крайней мере, теперь Марина ничего не сможет ему сделать, и это бесспорно радует. Если потребуется, я увезу его к тёте Рите. Уж дядя Андрей точно что-нибудь придумает!

Я решаю позвонить Сержу и попросить его, ускорить отлёт Алексея, насколько это будет возможно. Даже если тот будет против. Крохотный лучик надежды, что всё будет хорошо, робко подмигивает и вселяет веру в лучшее.

Вальтер, не дождавшись, пока я насухо вытру ему лапы, торопится в комнату и чувствует себя как дома. Кажется, мне снова придётся сдвигать мамины фиалки, освобождая ему любимое место на подоконнике.

Я готова сдвинуть всё, только чтобы Лёша был рядом.

Глупые слёзы сами текут по щекам, стираю их ладонями и улыбаюсь. Алексей с интересом разглядывает фотографии, которые висят на стене. Как бы я ни просила маму, убрать их, она не разрешает.

Алексей поворачивается ко мне, словно чувствует, что я им любуюсь. Он показывает сначала на фотографии, а потом на меня. В его глазах стоит немой вопрос: «Ты?»

– Да, это я.

Я подхожу ближе и обнимаю Алексея со спины.

Даже не верится, что несколько минут назад, я была уверена, что больше его не увижу. Отгоняю от себя эту мысль. И не хочу заглядывать в будущее. Боюсь. В последнее время я научилась жить только настоящим.

– Ой, Лёш! Ты же, наверное, голодный! – восклицаю, возвращаясь в реальность.

Обычно мы ужинаем, когда приходим с прогулки, но сегодня у нас она слишком затянулась. Пакет, который принёс Алексей, стоит на кухне. По крайней мере, мне не придётся ещё раз бежать в магазин.

Я постараюсь сегодня обойтись тем, что есть.

Я не успеваю достать продукты, как раздаётся бешеный и настойчивый стук в дверь. Такое чувство, что её основательно решили проверить на прочность. Догадаться, кто именно так бушует, не составляет труда – Маринины крики наверняка слышны даже в дальней комнате. Вальтер уже в прихожей и грозно рычит.

– Тише, Вальтер. Сидеть! – отдаю команду собаке. Пёс застывает в коридоре, но это абсолютно не значит, что он кого-то пропустит.

Лёша хочет подойти, но я его останавливаю.

– Не надо, Лёш. Любое её действие будет расценено как угроза. Я очень тебя прошу, не подходи, пожалуйста.

Включаю видеозапись и цепляю телефон за карман для расчёсок, сплетённый мною ещё в шестом классе, когда я недолго посещала кружок по макраме. Мама так и не дала выбросить поделку, хотя по назначению ей давно уже никто не пользуется.

Открываю дверь и натыкаюсь на искажённую гневом гримасу Марины.