Я медленно повернулась и направилась прямо к группе танцовщиц, которую возглавляла гиперактивная Ксюша. Девушки из кордебалета, стоявшие вокруг нее, заметно напряглись, а вот сама Ксюша довольно улыбалась, явно предвкушая веселье.
Я же постаралась принять самый любезный вид:"
"– О, девочки! Какой у вас интересный разговор! Не знаю, о какой стерве идёт речь, но наверняка она чертовски мстительная и запомнит каждую, кто строит козни у неё за спиной.
Сказав это, я еще раз улыбнулась каждой, а затем развернулась и под гробовую тишину пошла в сторону душевых и туалета.
Стоя за дверью, я слышала разговоры и чей-то смех. Но стоило выйти через пару минут, как все разговоры моментально смолкли. Кажется, каждая из находившихся в зале девчонок косо смотрела на меня.
Наплевать на них! Если все будут против меня – я буду против всех!
Отравилась надевать пуанты. Скоро уже должен был прийти балетмейстер. Возможно, сегодня он разрешит еще раз показать ему отрывок из «Спартака».
Вот только стоило мне сунуть ногу в пуант, как я зашипела от того, что что-то острое воткнулось в кожу.
Вытащила ногу – множество мелких осколков впились в пальцы. На белой ткани показались капельки крови.
Это уже переходило все допустимые границы. Вскинув голову, я осмотрела каждую из находившихся в раздевалке. Отряхнула ногу и, встав,
вышла на середину комнаты. Демонстративно перевернула пуант, высыпая битое стекло.
– Какой кошмар, девочки! Сегодня какая-то сволочь мне обувь испортила, – я округлила глаза и сделала драматическую паузу, а затем продолжила с явным намеком: – Страшно представить, кому из вас она подгадит завтра!
Вот так, стервы! Ходите теперь и оглядывайтесь.
Я вас так проучу, на всю оставшуюся жизнь запомните!
Видимо, по моему взгляду до некоторых все же дошло, что палку они перегнули, потому что Галка в ответ на это легкомысленно хмыкнула, направляясь к выходу:
– Да ладно тебе. Это ж просто чья-то неудачная шутка, – высокомерно произнесла она.
– Ну вот в следующий раз мы с вами все вместе и посмеемся.
Следующие полчаса разговоров о себе я больше не слышала. Если кто и болтал и сплетничал, то делал это исключительно так, чтобы до меня не доходило.
Я же старалась быть со всеми любезной и отпускать многозначительные взгляды, чтобы эти клуши не расслаблялись. Пусть думают, что я задумала какую-нибудь гадость, и ждут подвоха, шарахаясь от собственной тени.
Под конец разминки объявилась Светка. Она кивнула мне и встала рядом.
