«Как же въелось это дерьмо».
Аринэль скрипнул зубами и несколько раз глубоко вдохнул-выдохнул. От ручья донеслись крики и веселый детский смех. Пока он тут дрых пришла ребятня, видимо сбежали освежиться. Большая часть орков уехала разбираться с убитыми лошадьми. Цитата: «Лошади же не сдохли, их убило». Так что теперь шло активное запасание мяса. Все-таки местные ребята прям образец приспособляемости. Хорошо хоть анты не съедобные, а то бы и они пошли в дело. Это был бы прикол, если бы орки ездили в степь охотиться на антов, как на источник мяса…
Совсем юных оставили в стойбище, на хозяйстве, так сказать, помогать женщинам, которые… как это… В общем, у орков были такие женщины, которые оставались в шатре.
Самый фокус, что это были чуть не самые уважаемые члены племени, в общем, и каждой семьи, в частности. По сути, в моменты отсутствия главы семьи, вождя то есть, именно они являлись главными. Нет, это не были этакие наседки, вполне боевые дамы, по большей части. Вот у отца Дары и Таши была такая жена, а им, соответственно, мать.
Ее ятаганом Аринэль, будучи в одиннадцатилетнем возрасте, смог помахать раз десять, не больше.
Ребятня выскочила на берег, вопя во все горло, и вскоре они убежали в сторону шатров. Поднялся и Аринэль.
«Все-таки другие» — подумал он, смотря на деревья.
Ветер шевелил острые, длинные листья. Кора была темно-коричневой, местами даже черной. Странно, но, несмотря на все это, Аринэль ощущал какую-то… Непонятно что. Словно он стоял в насквозь знакомом лесу возле учебки, где каждая тропка полита потом, а иной раз и кровью.
«Сколько еще интересного мне предстоит узнать. О себе в том числе».
Парень ухмыльнулся.
* * *"
"Левый рукав черного камзола барона Тайфола был заправлен за пояс. Мужчина стоял на крыльце главного здания, осматривая свой замок. Солнце уже коснулось краем горизонта, отбрасывая длинные тени. Казарма непривычно отсвечивала крышей. Обычно в это время она была в тени стены. А на светлом пятне тренировочной площадки должен был быть силуэт большой башни.
Легкий ветер приносил из степи запашок, как будто из алхимической лаборатории. Или из злачного места. Запах алкоголя и чего-то мерзко пахнущего. Так воняли поверженные анты и этот запах был для мужчины ароматом победы.
Мара Тайфол почти неслышно вышла из дома. Под глазами женщины залегли тени, прошлая ночь для всех была тяжёлой. Первая ночь после битвы. Наполненная стонами раненых, криками спящих и собственными тяжелыми воспоминаниями.
