Роковая ночь

Там вокруг трона, сделанного из драгоценной слоновой кости, теснились придворные и вся знать Татарии. Главный советник царя приблизился к юноше и, взяв его под руку, подвел к своему повелителю. Ослепленный роскошью трона, Кулуз потупил глаза, простираясь ниц перед правителем.

Узбек-хан заметил, что сердце юноши полно страха, и так обратился к нему:

— Сын Масуда, я слышал о твоих необычайных приключениях и желаю, чтобы ты мне поведал все, что с тобой произошло! Говори, ничего не скрывая!

Звук его голоса заставил Кулуза поднять голову: несомненно, он слышал его прежде! И что же? Взглянув на царя, он признал в нем того чиновника, что недавно приходил в гости и просил рассказать ему все без утайки, обещая содействие и помощь; и только сегодня он являлся к ним с Деларой поздравить с неожиданной удачей… Он знает все его тайны! Кулуз снова бросился ниц перед ним и разразился рыданиями.

Главный советник поднял его и ободрил:

— Не бойся, юноша, подходи к трону и поцелуй край царской одежды!

Кулуз послушался и подошел, сделал так, как ему было сказано, и замер, потупившись.

Однако Узбек-хан не захотел долго смотреть на его склоненную голову и спустился по ступеням трона, чтобы самым дружелюбным, образом пригласить его в свои покои. Там, удалившись от придворных, он посоветовал юноше впредь больше полагаться на провидение и не сомневаться в щедротах неба.

— Вы с Деларой останетесь у меня при дворе, — сказал Узбек-хан, — и я пожалую сыну Абдаллаха Кулузу то же достоинство, которое он когда-то имел при дворе Мир Джехана, в счастливую пору пребывания в Каракоруме.

И затем рассказал ему следующее:

— Я посетил вас из любопытства и был тронут вашим доверием. Я решил спасти вашу жизнь, выбрал у себя на конюшнях сорок черных большеглазых верблюдов и велел закупить ткани и прочий товар. Богатство, которым вы в настоящее время располагаете, происходит из моего дворца, а проводник каравана Джаббар — евнух, которого часто можно видеть на пороге царского гарема. Вчера, чтобы помочь вам оправдаться, я послал одного из своих воинов на дорогу, ведущую из Ходженда, по которой должен был проехать слуга Музаффара — нарочный с известием от Масуда.

Я велел своему гонцу остановить его и поменять письма: пусть он доставит хозяину то, которое написано по моему распоряжению! И вот — послание, которое ты сегодня читал, было написано моим писцом Дебираббасом.

Услышав все это, Кулуз вознес хвалы доброте Узбек-хана и упал к его ногам.