Роковая Роксана

– Дайте пройти, - сказала я уже сердито, снова стукнувшись лбом в его грудь.

Но ещё не договорив, поняла, что пропала. Потому что увидела часы в золотой оправе, которые прятались в боковом кармашке. Их плоскую золотую цепь невозможно было спутать ни с какой другой. Она крепилась к пуговице камзола, и её блеск показался мне зловещим.

- Вы куда-то спешите, леди Розенталь? – раздался спокойный голос графа Бранчефорте. – Одна, в такую пору… Разрешите, провожу вас?

Единственно верным решением в такой ситуации было бегство.

И я побежала.

Так быстро, как никогда не бегала.

Если удастся удрать, граф может потом сколько угодно клясться, что видел меня ночью на улице – я буду всё отрицать. Даже на суде!..

А при чём тут суд?.. Какой суд, мамочки!..

- Ну-ка, стойте! – граф догнал меня быстрее, чем я успела добежать до угла дома, и очень неуважительно схватил за локти, останавливая и притискивая к стене.

Капюшон свалился с моей головы, и теперь бесполезно было на что-то надеяться. Я сразу прекратила всякое сопротивление, потому что всё равно не смогла бы вырваться из стальной хватки, и высокомерно произнесла:

- Немедленно отпустите, иначе я буду жаловаться.

- Королю, наверное? – вкрадчиво спросил граф, но вместо того, чтобы отпустить, прижал меня сильнее, почти касаясь грудью моей груди. – И куда это вы так торопитесь? Одна, ночью…

- Вы повторяетесь, - я ухитрилась даже вздохнуть, хотя трудно было дышать ровно, когда такой мужчина, как королевский эмиссар, зажимает тебя в подворотне, как какую-нибудь горничную.

- Да неужели, - ничуть не поверил он и рук, разумеется, не убрал. – Так куда вы так целеустремлённо направлялись? Я услышу ответ?

- Точно не на шабаш, - выпалила я, лихорадочно соображая, что солгать.

Что разболелась бабушка?

Но у меня нет бабушки…

Что стало плохо маме, и я бегу в аптеку за лавровишнёвыми каплями?

Но аптека в другой стороне…

Что у меня свидание?

Нет. Вот этого я никак не могла сказать, хотя была уверена, что услышав про свидание, Бранчефорте сразу оставил бы меня в покое.

- Почему молчите? – в бархатистом голосе графа послышались грозные нотки.

Его рука тяжело легла на моё плечо, и я только сейчас почувствовала запах парфюмерной воды, которой пользовался граф – это была вода ирисового корня. Холодный, аристократический запах… Запах свежести и тайны. Как ночной ветерок на реке.