Роковое селфи

— Представь себе — умею.

— А что умеешь? Борщ умеешь?

— Да.

— А голубцы?

— Умею.

— А котлеты?

— Тоже умею.

— А фуагра?

Я посмотрела на него — всё же, запросики. Насколько я знаю, это печень птицы, но готовить её сложно, а потому считала это блюдо ресторанным. Открыла как-то рецепт, а там что-то типа: «Поймайте гуся, убейте, выньте печень. Посолите, поперчите, полейте кровью девственницы, положите вокруг хвост дракона и запекайте двадцать восемь дней на двухста градусах в печи». Ну, и бросила я эту затею.

— Фуагра не умею.

— Да и чёрт с ней, я её не люблю всё равно. Так, ну неси паспорт.

— Зачем?

— Утром в ЗАГС едем.

— Да сейчас прямо.

— Эх, я уж почти собрался!

— Хватит шутить на эту тему.

— А кто шутит?

— Не смешно.

— И я о том же.

Он что — серьёзно, что ли? Да не может быть. И правда — не смешно. Ромка продолжил пить кофе как ни в чём не бывало. Да пошутил, наверное. Развесила уши. Несите губозакаточную машинку! Даже как-то жаль в глубине души...

— Ну что, Аля? — мужчина оставил свою чашку и обнял меня за плечи.

— Больше не будешь от меня убегать?

— Нет. Ты всё равно мастер по догонялкам.

— Верно. Я уж было подумал, что ты меня поматросила и бросила! Чуть не заплакал. Понравилась мне — сама виновата. Теперь не сбежишь. Нечего было тогда в клинике на мой стол прыгать своими прелестями.

— Я же не знала, что ты после этого охоту на меня объявишь. И поймаешь.

— И никуда не отпущу, — добавил он серьёзным тоном.

Не понимаю... Настало время выяснить!

— Ром, зачем я тебе? Мы слишком разные.

— Да, но это же и притягивает.

— Но у нас может быть разное отношение к ситуации. Для тебя это всё игра, развлечение.

— С чего ты взяла? Я отношусь к тебе более чем серьёзно, — он взял моё лицо в свои руки, заставив смотреть в глаза. — Ты для меня не просто красивая девочка, ты — моя девочка. Понятно тебе? И ты будешь со мной.

Мужчина с жаром поцеловал меня, пока мои ноги подгибались. Я не могла поверить в то, что он сказал. Я до последнего отказывалась в это верить.

Такой красивый мужчина, состоятельный, желанный — и вдруг мой! У меня никогда не было такого — столь откровенного, не боящегося признаться в своих чувствах. Это не мальчик, это — мужчина! Теперь я понимаю разницу. Он захотел — и взял, заставил меня принять его. Это и пугает, и в то же время доставляет удовольствие. Наконец-то, я могу быть слабой женщиной, потому что мой мужчина возьмет на себя все мои беды — в этом я уверена. Мой мужчина — Боже, как сладко звучит...