Неужели не помнишь — я все твердила, что он солгал! Почему ты мне не веришь? Он просто хотел ранить тебя побольнее.
— Она мертва.
— Вовсе нет.
Джиллиан, нахмурившись, взглянула на Лайзу, словно пыталась определить, правду ли та говорит. Ей отчаянно хотелось поверить горничной.
— Кристен жива, — кивнув, подтвердила Лайза. — Честное слово. И знай, как бы ни была ужасна истина, я никогда не солгу тебе.
— Я помню кровь.
— В твоих кошмарах?
— Ну да. Я столкнула Кристен вниз. Папа держал меня за руку, но потом разжал пальцы.
И Эктор стоял рядом.
— У тебя в головке все смешалось. Ни твоего отца, ни Эктора там не было.
Джиллиан зарылась лицом в плечо Лайзы.
— Эктор спятил.
— Уж это точно, — согласилась та.
— А ты была со мной под землей?
— Нет, но я знаю, что произошло. Пока Мод зашивала твою рану, один из воинов, который был там, рассказал, что тебя и сестру разбудили и отнесли в отцовскую спальню.
— Меня нес Уильям, — сообщила девочка.
— Знаю.
— Было совсем темно.
Лайза почувствовала, как вздрогнула Джиллиан, и прижала ее к себе.
— Ну да, стояла ночь, а Элфорд со своими солдатами уже ворвались во внутренний двор.
— Я помню, как открылась стена в папиной опочивальне.
— Этот лаз вел к лестнице и дальше, в коридор под кухней и винными погребами, — подтвердила служанка. — С твоим отцом было четыре человека, те, которым он доверил самое драгоценное, что у него было. Ты знаешь их, Джиллиан. Том, Спенсер, Лоренс и Уильям. Они захватили с собой факелы.
— Мне велели никому не рассказывать про потайную дверь.
"
"— В твоей комнате тоже была такая, — улыбнулась Лайза.
— Откуда ты знаешь? Кристен сказала?
— Нет, — покачала головой женщина. — Просто каждую ночь я укладывала тебя спать, а утром находила в постели Кристен. Вот я и сообразила, что ты пробираешься к ней потайным ходом, поскольку очень боишься темноты, а в коридоре за дверью спальни не видно ни зги. Значит, нашла другой способ ночевать у сестры.
— Теперь ты отшлепаешь меня за то, что я проболталась? — боязливо пробормотала девочка.
— О Господи, Джиллиан, конечно, нет! Я и пальцем тебя не трону.
— Папа тоже не бил меня, хотя вечно грозился. Наверное, это он нарочно, да, Лайза?
— Ну конечно, — поддакнула горничная.
— Папа держал меня за руку?
— Нет, дорогая. Он даже не спустился вниз. Уклониться от битвы считалось бы для него бесчестьем, а твой отец был благородным человеком. Он вернулся к своим солдатам.
— Я столкнула Кристен со ступенек, и она была в крови. Она даже не плакала.
