— Да пойми же, я не предлагаю, а отдаю приказы! Тебе понятна разница?
Но она была слишком расстроена, чтобы потакать его чванливым выходкам.
— Сейчас не время ходить вокруг да около, — взвизгнула она. — Я хочу заставить тебя понять, что все твои благородные порывы ни к чему! Во всем виновата только я, я одна. Теперь я это понимаю. Не стоило просить провожать меня к Рамзи. Я загнала тебя в угол, и с моей стороны это по меньшей мере некрасиво.
— Никто и никогда не загонял меня в угол, — обиделся он. — Я сделал то, что давно намеревался, то, что считал необходимым.
— Ты ничем мне не обязан.
Он увлек ее на уединенную полянку, не слушая убеждений. Джиллиан, очевидно, все обдумала и была уверена в собственной непогрешимости. Она, разумеется, жестоко ошибалась, но Бродик решил подождать, пока она не закончит объяснять ему мотивы его же поступков, прежде чем он просветит ее.
Он остановился, разжал пальцы, прислонился к толстому дереву и стал терпеливо выжидать, когда Джиллиан выдохнется.
Бродик пытался сосредоточиться на том, что говорила девушка, но понял, что это невозможно.
В эту минуту она, с ее раскрасневшимися щеками и растрепанными золотисто-каштановыми волосами, была так прекрасна, что дух захватывало. И сама не сознавала своей прелести. Собственная внешность ничуть не интересовала Джиллиан, и этим она разительно отличалась от всех женщин, которых он знал. Глаза превратились в темные изумруды. В этом прелестном создании так и бурлила страсть, и Бродика охватило внезапное всепоглощающее желание схватить ее в объятия и никогда не отпускать.
— Теперь ты понимаешь?
О чем она толкует, черт возьми?
— Что именно? — пробормотал он, сообразив, что не слышал ни слова.
— Ты что, не слушаешь меня? — обозлилась Джиллиан.
— Нет.
Девушка устало опустила плечи.
— Бродик, я не выйду за тебя. Не. позволю совершить глупость, хотя бы из благородных побуждений.
— Джиллиан!
— Что?
— Тебе хочется быть рядом со мной?
Джиллиан притворилась, что не поняла. Лучше так, чем дать ему вовлечь себя а объяснения и в конце концов признать те чувства, которые она так отчаянно пыталась скрыть.
— Имеешь в виду… сейчас?
— Ты прекрасно знаешь, о чем я.
— Бродик…
— Отвечай.
Джиллиан опустила голову.
— Да… очень… очень. Но какое это имеет значение? — поспешно добавила она. — Мы слишком мало знаем друг друга, и тебе пора вернуться домой. Уверена, что у тебя полно неотложных дел. Ведь ты лэрд Бьюкененов!"
"— Мне и без тебя известно, кто я! — отрезал он.
