Понимает, что ей не по вкусу всякое упоминание о посторонних женщинах! Ей захотелось как следует лягнуть его… и… и поцеловать. Но Джиллиан, вспомнив о приличиях, чопорно объявила:
— Вряд ли такое поведение понравится твоей супруге.
— Джиллиан, когда ты станешь моей женой, я и не посмотрю на других. Мы будем верны друг другу до самой смерти, в горе и радости. И не стоит волноваться о таких пустяках. Я хочу одну лишь тебя. Надеюсь, твой дядя Морган поймет, что я сумею позаботиться о тебе.
— Дядюшка прекрасно знает, что я сама о себе позабочусь! На это у меня умения хватит! Дядя научил меня владеть оружием и защищаться от врагов. Ты считаешь меня слабой лишь потому, что Алек разболтал о том, как я легко позволила себя избить?
— Нет, — заверил Бродик. — В том случае ты выказала истинную силу духа. Защитила ребенка, обратив на себя ярость негодяев. Кроме того, — спесиво добавил он, — я никогда не женился бы на немощном, ничтожном существе.
Он словно излучал тепло и нежность, а от его похвал она едва не потеряла голову. О, как ей хотелось броситься в его объятия, прижаться к широкой груди! Джиллиан не знала, как уберечься от него, ибо уже начинала скорбеть о потере. Как она сможет жить без него, когда вернется в Англию?
— Скажи, что любишь меня, — попросил он.
— Я люблю тебя, — ; покорно призналась Джиллиан. — И поэтому несчастна. Не пойму, как все случилось… слишком быстро… у меня даже не было времени опомниться.
И никакая любовь не входила в мои планы. — Девушка покачала головой. — Не важно. Все равно я не собираюсь выходить за тебя замуж.
Напряжение мигом ушло из богатырского тела Бродика. Хотя он и раньше знал, что она испытывает к нему, все же, услышав подтверждение из ее собственных уст облегченно вздохнул. Он, видимо, расслабился, чувствуя себя так, словно заново родился на свет.
Она словно очистила его от всех грехов, и теперь он непобедим и несокрушим.
— Ты будешь моей, Джиллиан! — яростно прошептал он. Застигнутая врасплох, девушка даже попятилась.
— Нет.
— Да, — твердо возразил он. — Знай это. Ни один мужчина больше не коснется тебя. Ты принадлежишь мне.
— И когда ты так решил?
— Как только ты подтвердила, что любишь меня. Я уже подозревал это, но, похоже, хотел лишний раз убедиться.
