В тот же день я объяснила полковнику и миссис Эверард, что решила проконсультироваться у известного парижского врача (имени которого, однако, не называла) и должна съездить к нему на несколько дней. Услышав, что я знаю хорошо зарекомендовавший себя дамский пансион, они не стали возражать и согласились остаться в отеле Л. до моего возвращения. Я не сообщала им никаких подробностей насчет своих планов и, конечно же, не упоминала в связи с отъездом имени Рафаэлло Челлини. Возбужденная и ужасно взволнованная за ночь, я более чем когда-либо была настроена испробовать предложенные мне средства лечения.
На следующее утро в десять часов я выехала экспрессом из Канн в Париж. Перед самым отъездом я заметила, что ландыши, подаренные мне Челлини для танцев, совсем засохли, несмотря на мои заботы, и даже почернели от гнили – так сильно, что, казалось, были опалены вспышкой молнии.
Глава VI
Отель «Марс» и его владелец
Было где-то около четырех часов дня, следующего за ночью моего прибытия в Париж, когда я оказалась у дверей отеля «Марс» на Елисейских Полях.
До этого я уже успела убедиться, что пансион мадам Дениз соответствует всем моим требованиям. Когда я вручила рекомендательную карточку Рафаэлло Челлини, maitresse de la maison15 приветствовала меня с сердечной радостью, доходящей до исступления.
– Ce cher Cellini! – воскликнула веселая и приятная маленькая женщина, ставя передо мной восхитительно приготовленный завтрак. – Je l’aime tant! Il a si bon coeur! et ses beaux yeux! Mon Dieu, comme un ange! 16
Как только я уладила различные мелочи относительно своей комнаты и прислуги, то тут же сменила дорожную одежду на сдержанный наряд для похода в гости и отправилась в обитель Гелиобаса.
Погода стояла очень холодная: я уехала из каннского лета, чтобы застать царящую в Париже зиму. Дул резкий восточный ветер, а с хмурого неба то и дело валили хлопья снега. Дом, в который я отправилась, располагался на крупном перекрестке, выходящем на Елисейские Поля. Это было величественное здание. Ведущие ко входу широкие ступени с обеих сторон охраняли скульптуры сфинксов, каждый держал в своих массивных каменных лапах по щиту с древнеримским приветствием для странников: «Salve!» Над портиком был начертан свиток.
На нем заглавными буквами выгравировано «отель “Марс”» и монограмма «К. Г.».
Я нерешительно поднялась по ступеням и дважды тянула руку к звонку, желая и в то же время боясь его разбудить. Я заметила, что он электрический и его нужно не тянуть, а нажимать.
