– Сколько?
– А где взять?
– Предлагаешь вариант?
– Ты ведь знаешь, кто такой Шампиньон. – Жорик щелкнул зажигалкой, глубоко затянулся.
– Шампиньон – это «гриб» такой, жутко ядовитый."
"Олег не искал себе места в раю, знал, что грехи его туда не пустят, но по сравнению с тем же Шампиньоном он был просто святой. Вот уж на ком клейма негде поставить, отморозок, каких поискать. Наркота, рэкет, проститутки, ломбарды, быстрые кредиты, это еще куда ни шло.
Но ведь Шампиньону ничего не стоило убить человека под плохое настроение, причем случайного, ни в чем не повинного.
В ресторан, где он гулял, с красивой женщиной заходить было опасно. Кавалера в лучшем случае изобьет до полусмерти, а даму изнасилует.
Менты с ним ничего не могли поделать, потому как у него все было схвачено. Городской мэр пытался с ним бороться, но из Москвы высокие чины по его душу нагрянули. Шампиньона закрыли, а мэр через год после этого бесследно исчез.
Еще через год Шампиньон оказался на свободе и снова взялся за старое.
От рэкета он, правда, отказался, перестал кошмарить фермеров и агрохозяйства, но только для того, чтобы стражи порядка ему не мешали. Этот «гриб» стал выращивать коноплю, причем в промышленных масштабах.
– Ну, ядовитый он или нет, а деньги с ним поднимать можно, – сказал Жорик.
– Пока не отравишься, – с усмешкой произнес Олег.
Говорят, конопляные поля хорошо видны из космоса. Если это действительно так, то оказывается, что и с этими запредельными высями можно договориться.
Шампиньон какой год уже это доказывал.
– А когда я чего боялся?
– Это ведь Шампиньон нас заложил. Из-за него Родика подстрелили.
– Ну точно мы не знаем.
– А если все-таки он?
– Я не в курсе.
Жорик выкурил сигарету до фильтра, вынул из пачки вторую, но спохватился, наполнил стопки. Парни выпили, закусили, приняли еще по одной. Только тогда Жорик задымил. Да и Олег не стал отказывать себе в этом удовольствии.
– Шампиньон говорил со мной, – заявил Жорик. – Про Витька спрашивал, про тебя.
Нормально так общался, без подляны. Он уже успокоился, с бабой сейчас живет, отправил ее в Германию. Ей рожать пора.
Олег молчал, тем самым превращая слова Жорика в порожняк, но тот продолжал:
– Бабла у него как грязи. Делиться он умеет. Мне сейчас напарник нужен, а Шампиньон тебя возьмет. Пацан ты надежный, он это знает.
Олег пожал плечами, качнул головой. Если он даст Шампиньону слово, то сдержит его стопудово. Ни ментам эту гниду не сдаст, ни залетным.
