Две ее старших сестры, Прюденс и Филиппа, в конце концов, вышли замуж и уехали с мужьями. Миссис Физеренгтон все еще надеялась, что Пенелопа найдет мужа. У Прюденс и Филиппы поиск мужа занял пять сезонов, но Пенелопа знала, что ей суждено навсегда остаться старой девой. Было бы несправедливо выйти замуж за кого-то, когда она так отчаянно любит Колина. И где-то в укромных уголках ее мозга, в самом дальнем закоулке, примерно между правилами спряжения французских глаголов, которым она так и не овладела и арифметикой, которой она почти никогда не пользовалась, все еще таился крохотный кусочек надежды.
До того дня.
Даже сейчас, семь лет спустя, она называла его не иначе, как ‘тот день’.
Она пришла в Бриджертон-хаус, как часто делала, чтобы попить чая с Элоизой, ее сестрами и леди Бриджертон. Это было как раз перед тем, как Бенедикт Бриджертон, брат Элоизы женился на Софии. Он единственный не знал, кем она была на самом деле, это, конечно, не имело значения, кроме того, что это был единственный важный секрет за последние десять лет, который не раскопала леди Уислдаун.
Идя через передний зал к выходу из Бриджертон-хауса, Пенелопа прислушивалась к своим шагам по мраморной плитке. Она поправила свое пальто и подготовилась к короткой прогулке к своему дому (который был прямо за углом), когда услышала голоса. Мужские голоса. Мужские голоса семейства Бриджертонов.
Это были три брата: Энтони, Бенедикт и Колин. У них был обычный мужской разговор, они ворчали, смеялись и подшучивали друг над другом.
Пенелопе всегда нравилось наблюдать за ними в эти моменты: они вели себя, как дружная семья. Пенелопа могла их видеть через открытую переднюю дверь, но не слышала их разговора до тех пор, пока не достигла порога. В довершение всех несчастий, преследовавших ее всю ее жизнь, первым кого она услышала, был Колин, а его слова были очень неприятные.
– …и, я, конечно, не собираюсь жениться на Пенелопе Физеренгтон!
– Ох! - это слово сорвалось с ее губ прежде, чем она успела подумать, резко и громко пронзило воздух так, словно кто-то неумело свистнул.
Трое Бриджертонов, как по команде, повернули к ней свои испуганные лица, и Пенелопа позже поняла, что это были самые ужасные пять минут в ее жизни.
Она молча стояла, казалось целую вечность, наконец, с достоинством, которое никогда не могла ожидать от себя, повернулась и посмотрела прямо на Колин, и сказала:
– Я никогда не просила вас жениться на мне."
"Его щеки из розовых превратились в ярко-красные.
