Но, ему следует сосредоточится на настоящем. Потому что, если его подозрения верны, то что еще остается делать со скандалом, который непременно разразится, когда откроется кто она.
А это, скорее всего, откроется. Против всего Лондона, жаждущего заполучить обещанную тысячу фунтов, у леди Уислдаун нет никаких шансов.
– Колин! Колин!
Он открыл глаза, задаваясь вопросом, как долго звала его Пенелопа по имени."
"– Я действительно думаю, что тебе нужно прекратить волноваться об Элоизе, - сказала она. - В Лондоне сотни и сотни народу.
Леди Уислдаун вполне может быть кем-то из них. Благодаря твоей способности детализировать, - она помахала пальчиками, чтобы напомнить ему об заляпанных чернилами пальцах Элоизы. - Ты сам мог бы быть леди Уислдаун.
Он посмотрел на нее довольно снисходительно.
– Исключая одну маленькую деталь - я отсутствовал в Лондоне большую часть времени.
Пенелопа проигнорировала его сарказм.
– Ты достаточно хороший писатель, чтобы вынести это.
Колин собирался было сказать что-нибудь забавное и не слишком грубое, в ответ на ее слабые аргументы, но правда была в том, что он был втайне сильно очарован ее словами ‘хороший писатель’.
И все что он смог сделать - это просто сидеть и глупо улыбаться немного чокнутой улыбкой.
– C тобой все в порядке? - поинтересовалась Пенелопа.
– Просто отлично, - ответил он, моментально приходя в себя, и стараясь придать своему лицу более нормальное выражение. - Почему ты спросила.
– Поскольку, ты внезапно стал выглядеть довольно неважно.
Словно у тебя головокружение.
– Я в порядке, - проговорил он, возможно немного громче, чем это было необходимо. Я просто подумал о скандале.
Она издала осуждающий вздох, который раздражал его, потому что он не видел причины, по которой она могла бы почувствовать себя такой нетерпеливой с ним.
– Какой скандал? - спросила она.
– Который произойдет тогда, когда откроется, кто она, - произнес он.
– Она не леди Уислдаун! - настаивала она.
Колин резко выпрямился на стуле, его глаза засветились новой идеей.
– Знаешь, - сказал он, довольно напряженным голосом, - Не имеет значение, является ли она леди Уислдаун или нет.
Пенелопа тупо уставилась на него в течение нескольких секунд, затем пробормотала:
– Ну, где же еда. Я должно быть немного не в себе. Разве мы не провели последние десять минут, положительно сходя с ума, пытаясь узнать, кто она?
Словно в ответ на реплику, в комнату вошел Бриарли с тяжело нагруженным подносом.
