Женька сидел, откинув голову на спинку дивана, и дремал, утомленный долгой перевязкой. Марина села рядом, положила руку ему на лоб, и Хохол встрепенулся:
– Что, котенок?
– Не дергайся, все в порядке. Сейчас за нами пацаны приедут, я позвонила Гене. Как ты?
– Слабость какая-то... и башка кружится, – пожаловался он, сморщив лицо.
– Ну, это нормально. Главное, что ничего серьезного. Полежишь пару дней дома, все пройдет.
– Да... главное, что с тобой ничего не случилось. Вот так отдохнули мы с тобой, котенок: из одной истории да в другую сразу, – грустно усмехнулся Женька, здоровой рукой поглаживая пальцы Марины.
– Ну, что ж... Бывает. Идем, вон Аскер приехал...
* * *Через пару дней после неудачного «отпуска» в офис к Коваль подъехал Ворон. Огромный букет желтых хризантем свидетельствовал о желании примириться и замять неприятный инцидент в профилактории. Ворон чувствовал себя виноватым, что именно на его территории произошло очередное покушение на жизнь Марины. Правда, она дала понять, что не считает его причастным, но все-таки.
..
– Слушай, красавица, а ведь я, кажется, ухватил какой-то хвост, – сообщил он, устраиваясь в удобном кресле и подвигая к себе пепельницу.
Марина, по привычке уткнувшаяся лицом в букет, подняла глаза и переспросила:
– Что ухватил?"
"– Ну, рассказал мне один из уборщиков территории по большому секрету, что буквально через три часа после вашего с Хохлом заезда появились двое. Сняли бунгало по соседству с вашим, а потом как растворились – никто не видел.
Горничных всех перетрясли – девки говорят, что, даже когда убирать приходили, никого не видели. Но в номере, мол, определенно жили, потому что и постели пользованные, и полотенца. Но больше – ничего, и это странно: ни окурков, ни бутылок, вообще никаких следов.
– Ну, это-то как раз понятно, – пожала плечами Марина, опуская букет в большую вазу на столе. – Если это заказуха, то ребята подошли грамотно – не светились, а все следы пребывания уничтожили. В кои-то веки на меня охотится нормальный киллер!
– Вот же дура, прости господи! – сморщился Ворон.
– Чего несешь-то, соображаешь?
– Да соображаю я все, Миша. Просто... Это говорит только о том, что на сей раз все по-взрослому, а не как обычно. И заказчик тоже серьезный, и ему очень надо меня убрать.
– Уезжай отсюда, Наковальня. Вот прямо сейчас собирайся – и вали, – опустив глаза, проговорил Ворон.
Марина отошла к окну, раздвинула жалюзи и посмотрела вниз.
