Роспись по телу

Ну что, поехали?

И только сейчас Юля увидела торчащее из кармана джинсовой куртки Дмитрия горлышко бутылки. Это было шампанское.

– Ты нашел этого человека?

– Нашел, – процедил Харыбин сквозь зубы. – Тебя убить мало…

– Герман поедет с нами. И пожалуйста, не надо устраивать семейных сцен, тем более что семьи уже давно нет. Герман, извини, но я не думала, что наша встреча с Дмитрием так подействует на него…

– Ты, кажется, хотел поесть? Я могу дать тебе картофельный салат…

– А своего парня кормишь небось отбивными?

– Когда как… Хватит, Дима, мне неприятен этот разговор.

Втроем вышли из квартиры и разместились в новом «Форде» Харыбина. В Москве шел дождь. Улицы казались грустными, по ним шагали застигнутые врасплох, без зонтов, озябшие люди; льющаяся из колонок печальная мелодия, заполняя новенький и пахнувший кожей салон, окрашивала все вокруг в серые и непривлекательные тона.

Машина сначала мчалась по Садовому кольцу, затем свернула в небольшой проулок и остановилась возле мрачноватого серого здания.

– Его зовут Павел Андреевич Косых. Можно просто Павел. Шампанское я тогда отдам ему, если ты не возражаешь… – Харыбин все еще злился на Земцову за Германа и за сорванное свидание.

– Спасибо, Дима. Родина тебя не забудет, – как можно мягче сказала Юля, выходя с помощью своего галантного бойфренда из машины и направляясь к крыльцу.

Вошли в полутемный, пахнущий карболкой коридор, и Харыбин повел их в лабораторию, где они застали пьющего кофе судмедэксперта – большого краснолицего человека, одетого в зеленый халат и с такой же шапочкой на голове.

– Дима? Салют, – Павел Косых встал, чтобы поздороваться за руку с Харыбиным. Затем последовало рукопожатие с Германом. – Это вы по поводу Смирновой?

– Это я. Если вы вскрывали труп, то у меня просьба.

– Я приехала в Москву, чтобы выяснить истинные причины смерти Марины Смирновой. Я – частный детектив, меня зовут Юлия Земцова. Я готова также заплатить вам за предоставленную мне информацию и отдельно – за копии документов, касающихся вскрытия и результатов экспертизы.

– Что ж, это уже деловой разговор. Могу я узнать, что именно вам известно о смерти Смирновой?

– Понятно.