Шубин два часа тому назад спустившийся с трапа самолета, за полтора часа доставившего его из Саратова в Москву, еще находился под впечатлением перелета и того факта, что он уже в «Праге», сидит за столиком и пьет коньяк. Он, сначала никем не замеченный, оказался свидетелем той сцены, во время которой Юля опрокинула на платье незнакомой ему блондинки вино и какой-то соус. Он видел, как три женщины покинули зал и направились, судя по ситуации, в туалетную комнату. Не мог не видеть он и того, как Земцова довольно скоро вернулась оттуда и, сказав Крымову что-то на ухо, вместе с ним покинула ресторан.
Но, насколько он понял, ненадолго, потому что Харыбин довольно громко произнес, обращаясь к Крымову: «Мы ждем». Пухленькая и симпатичная блондинка вернулась в зал почему-то в платье Гел, а сама Гел была завернута в розовый шелк, очень похожий на портьеру. Из этого Шубин сделал вывод, что Юля отправилась в сопровождении Крымова на квартиру Гел, чтобы привезти ей платье. В сущности, все было шито белыми нитками.
И если учесть, как светились лица и Земцовой, и Гел, когда они вернулись с блондинкой из уборной, то можно было предположить, что блондинка и есть та самая Ольга Белоконь – последнее звено в цепи девушек Бахраха, о которой Земцова упоминала в своем телефонном разговоре. И опрокинутое вино, безнадежно испортившее ей платье, – не что иное, как попытка оголить тело Белоконь, чтобы увидеть шрам. «Думаю, что вечером что-нибудь прояснится», – эти слова принадлежали Земцовой, когда она, говоря сегодня с Игорем по телефону, упоминала Ольгу Белоконь.
Значит, прояснить этот вопрос ей помогли эти двое – Крымов и Харыбин. Вот что она имела в виду, когда говорила: «Сегодня я собираюсь сама использовать Харыбина, поэтому согласилась поужинать с ним… Но я буду не одна, с Гел…» Выходит, она не обманула его, и ее свидание со своим бывшим мужем в ресторане так же, как и появление здесь Крымова, связано прежде всего с ее работой и желанием как можно скорее завершить начатое дело Бахраха.
Значит, своими невольными упреками и ревностью, которую ему было довольно трудно скрыть, разговаривая с ней, он на самом деле причинил ей боль. А ведь она в Москве провела большую работу, рисковала жизнью и даже встретилась лицом к лицу с самим Ноденем! Шубину было стыдно теперь и за свой импульсивный поступок – это неожиданное появление в Москве, да еще в ресторане «Прага», где у Земцовой было назначено свидание с Харыбиным.
